Прежде он думал: придет пора и он сам наденет на эту царственную голову сверкающую диадему ее предков, а потом, подобно разъяренному викингу, грубо намотает тяжелую косу на руку, изогнет свою жертву в унижающую ее позу и обратит в кобылу для утехи своего беснующегося жеребца. Познавшая величие и взлет пусть познает и глубину падения… Пусть услышит и убийственно-торжествующий хохот, хохот хозяина ее дрожащей плоти…
Да, думал, злорадствуя, представляя, как это все произойдет. Но время выдвинуло на первый план новые реалии. И Валерий Комар, осознавая, что эта вот диадема является едва ли не главной составляющей его дальнейшего благополучия, ни о каких широких жестах больше не задумывался. Продать? Да, можно, даже нужно. Боярову продать? Совсем отлично! Но за такие деньги, которые попросту разорят его. И ее, естественно. Страсть у нее, видите ли, к собирательству! Вот и прекрасно.
Не получилось. Что ж, видимо, пришла пора избавляться от слишком заметной и широко теперь известной улики каким-то иным способом. О шейхах речи идти уже не могло. Значит, нужен другой покупатель, которого еще надо отыскать. А это задача!
Закрыв коробку и спрятав ее в «дипломат», Валерий вдруг подумал, что, возможно, не самый худший вариант в создавшейся ситуации – махнуть рукой на «каплуна», пусть себе летит. В конце концов, достать его можно и в Салониках…
Он выпил рюмку «абсолюта», подождал, пока уляжется, и кинул в рот парочку жирных греческих маслин.
Из того же сейфа он выгреб пачки долларов и тоже уложил в чемоданчике. Остальные драгоценности, которые не были реализованы, он с собой не держал, их место в секретном сейфе Цюрихского банка, код которого ведом одному Валерию. Вот это и было постоянным в жизни, а все остальное – временное. Включая дома, яхты и самолеты, чем слишком увлеклись братцы-армяне и на чем погорели. Жорж, правда, пока не сгорел, но его очередь явно приблизилась.
И вдруг Комар подумал, что, отпустив «каплуна», он неразумно поставит и свою собственную жизнь под удар. А если в самом деле опередят его интерполовцы или фээсбэшники? И возьмут грека? К чему тогда весь этот нелепый спектакль с пластической операцией? Грек ведь расколется сразу. И ничего ему не будет. Ну разве что накажут за фальшивый паспорт. Предусмотрительный Валерий оставил у себя оригинал документов Леонидоса, а ему вернул отлично изготовленную копию. Ну что ж, коли так, решил он окончательно, грек сам себе сильно укоротил жизнь. Мертвый, известно, не разговаривает, а для полиции Валерием Комаром окажется тот, кто будет лежать где-нибудь у входа в аэровокзал с простреленной башкой и, разумеется, поддельным паспортом в кармане…
Валерий переоделся в неприметный серый костюм, нацепил на голову темный парик, приклеил узкие, «парикмахерские» усики и нажал кнопку вызова.
Вошел охранник и без всякого удивления вопросительно уставился на хозяина.
– Бери команду, едем в аэропорт Кеннеди.
– Проблемы, шеф? – поднял брови охранник.
– Пришел срок. Все понятно?
– Пришел, – значит, пришел, – ухмыльнулся охранник. – Поедем все четверо, шеф.
– Это твои проблемы. Я обещал по полтиннику?
– Так точно, шеф, – оскалился в улыбке охранник.
– Сумма каждому удваивается. Тебе сто пятьдесят.
– Понял, шеф. Будет сделано тип-топ.
– Приготовь джип, выезжаем через пять минут. Про самолеты узнал?
– Два ближайших рейса, шеф, дневные – четырнадцать и шестнадцать тридцать. Андриканис зарегистрирован на первый рейс. Он, похоже, уже в порту.
– Отлично. Иди…
– Алексей Петрович, позвоните, пожалуйста, мистеру Нэту и скажите, что мы готовы взять Комара. Он обещал на всякий случай обеспечить нас дополнительными силами. Думаете, не понадобятся? – Денис заметил сомнение в глазах Кротова.
– Я по другому поводу… Что вам сказали об этом в Вашингтоне?
– Они дали нам полный карт-бланш, но с условием, что мы немедленно передаем им задержанного Комара. И подтверждаем его личность.
– Это понятно. Но поговорить-то мы хоть с ним успеем? Он ведь должен ответить хотя бы на главные наши вопросы, а то потом жди у моря погоды. Знаю я эти чиновничьи и дипломатические уловки.
– Я вчера разговаривал с Москвой, Алексей Петрович, и Меркулов подтвердил, что с Грецией уже существует твердая договоренность об экстрадиции Комара в Россию. Американцы также официально заявили, что в случае обнаружения и задержания господин Комар будет немедленно передан в греческое посольство с требованием о высылке его из Штатов.
– Не удерет по дороге?
– Вопрос не ко мне. Думаю, не дадут.
– Вот вы и поговорите с Саймоном по-дружески. Может, он не станет создавать толкучку обилием своих сотрудников в аэропорту.
– Вон вы о чем! – засмеялся Кротов. – Резонно…
Спустя час Денис и Саймон Нэт уже сидели за столиком в здании аэропорта возле широкого окна, через которое отлично проглядывалась вся площадь. Спешили по своим делам сотни людей, парковались и отъезжали сотни автомобилей.
– Мне кажется, мистер Саймон, – сказал Денис, – что мы проявили излишнюю самоуверенность.
– В чем же?
