Мерзейшая мощь полностью

— Я вот чего не понимаю, — раздраженно сказала Фея. — Что вы над ним трясетесь? То вы так, то сяк! Разводили тут про убийство, теперь он сидит в одиночке, а толку-то? Может, сработает, а может — и нет. Да я бы его за двадцать минут расколола! Видали мы таких!

Так говорила Фея Уизеру той же ненастной ночью, часов в двенадцать. Был с ними и третий, профессор Фрост.

— Уверяю вас, мисс Хардкастл, — сказал ИО, глядя поверх Фроста, — ваши мнения всегда вызывают у меня живейший интерес. Но, если я вправе так выразиться, перед нами — один из тех случаев, когда… э-э-э… принудительные собеседования привели бы к нежелательным результатам.

— Почему это? — угрюмо осведомилась Фея.

— Простите, если я вам напомню, — сказал Уизер, — не потому, что вы не знали, нет, из чисто методологических соображений: нам нужен не он. Я хочу сказать, мы все будем рады увидеть среди нас м-сс Стэддок, главным образом — в связи с ее поразительными психическими способностями. Конечно, употребляя слово «психический», я не отдаю предпочтения никакой гипотезе.

— В общем, сны, — конкретизировала Фея.

— Можно предположить, — продолжал Уизер, — что на нее оказало бы нежелательное действие, если бы мы доставили ее насильно, а здесь она обнаружила, что ее муж находится в… э-э-э… не совсем естественных, хотя и временных, условиях, неизбежно связанных с вашим методом исследования. Искомая способность могла бы исчезнуть.

— Мы еще не слышали донесения, — спокойно заметил Фрост. — Прошу вас, майор.

— Все к собакам, — лаконично заявила Фея. — Поехал он в Нортумберлэнд. После него оттуда вышли три человека: Ланкастер, Лили и Димбл. Перечисляю по значимости. Ланкастер — верующий, и большая шишка. В родстве со всякими епископами. Черт-те сколько написал. Лили — вроде того, но потише. Правда, сами помните, в прошлом году он нам попортил кровь в этой комиссии насчет высших школ. В общем, люди опасные. Деловые, что называется. Димбл — не то. Божья коровка. Против него ничего и не скажешь, знает только свою науку, и все. Не такой он знаменитый… ну, может, разве у этих, филологов. Хватки нет, совести — завались, в общем — толку от него мало. Те двое ему не чета, те кой-чего смыслят, особенно Ланкастер. Такого и нам заполучить не грех, если б не эти… взгляды.

— Вы могли бы сообщить майору Хардкастл, — сказал Фрост, — что эти характеристики нам известны.

— Действительно, — сказал Уизер, — поскольку час поздний… мы не хотели бы переутомлять вас, мисс Хардкастл… Не перейдете ли вы к более существенным положениям вашего… э-э-э… доклада?

— Ладно, — кивнула Фея. — Людей у меня было мало. Сами знаете, спасибо, что мы вообще его увидели. Все у меня были заняты, пришлось обойтись, чем есть. Шесть человек я поставила у колледжа, в штатском, ясное дело. Потом трех, кто получше, послала за Ланкастером. Через полчаса получила телеграмму, что он уже в Лондоне. Может, там чего и найдут. С Лили я попотела. Ходил людям к пятнадцати. Всех взяли на заметку. Димбл вышел последний, у меня оставался один человек, и тут О'Хара звонит, людей ему надо. Ну, я решила, бог с ним, с Димблом. Каждый день ходит на службу, и вообще пустое место.

— Я не совсем понимаю, — сказал Фрост, — почему вы не послали людей в само здание.

— А из-за вашего Фиверстоуна, — отпарировала Фея. — Нас теперь в колледжи не пускают, если хотите знать. Говорила я, не тот человек. Крутит. С университетом заигрывает. Помяните мое слово, вы еще с ним наплачетесь.

Фрост посмотрел на Уизера.

— Я ни в малейшей степени не стану отрицать, — сказал ИО, — что некоторые действия лорда Фиверстоуна вызывают у меня недоумение. Однако, мне было бы невыразимо тяжело предположить, что он…

— Стоит ли задерживать майора Хардкастл? — перебил его Фрост.

— Вы совершенно правы! — согласился Уизер. — Я чуть не забыл, моя дорогая мисс Хардкастл, как вы устали и как ценно ваше время. Вам совершенно ни к чему утруждать себя скучными мужскими делами.

— А может, — предложила Фея, — пустить к нему моих ребят? Так, слегка. Жаль, столько крутились, и никакой тебе радости.

Уизер, учтиво улыбаясь, стоял у дверей, и вдруг лицо его изменилось. Бледные полуоткрытые губы, седые завитки, блеклые глаза лишились какого бы то ни было смысла. Мисс Хардкастл показалось, что на нее смотрит маска. И она молча вышла из кабинета.

— Не кажется ли вам, — сказал Уизер, возвращаясь на свое место, — что мы придаем слишком большое значение жене этого Стэддока?

— Мы действуем согласно приказу от 1-го октября, — ответил Фрост.

— О… я не о том… — промямлил Уизер.

— Разрешите напомнить вам факты, — продолжил Фрост. — Мы наблюдали полностью только один сон, очень важный, конечно, давший нам, хотя и не совсем точные, но ценные сведения. Тем самым, мы поняли, что злоумышленники могут использовать ее в своих целях.

— Я ни в малейшей мере не отрицаю…