– Расскажи, что ты узнал об их способностях. Мы воспользуемся этим, чтобы сокрушить нечестивых тварей, клянусь.
– Сегодня ты подвел Богиню и принца Сокола, ландграф, – сказал сир Орвин. – Не вздумай повторить это еще раз. Когда мы нападем на Тарнбрук, солдаты Оллстейна будут в авангарде армии. Вы первыми пойдете в атаку и искупите свою вину или подохнете как собаки, чтобы дело завершили те, кто лучше вас.
Из Муравейника компания отправилась на крепкой барже работорговцев вниз по реке к побережью. Никто не имел опыта плавания по водоему больше лужи размером, не говоря о реке, вздувшейся от весенних талых вод, так что путешествие быстро стало действовать на нервы всем участникам. Лоример цеплялся когтями за палубу, когда баржа подскакивала, опускалась и билась о камни и упавшие ветки.
Амогг и Тиарнах схватили длинные шесты, прикрепленные к борту, и пытались отталкивать баржу от самых опасных скал, пока Мейвен наваливалась на рулевое весло, изо всех сил стараясь повернуть в каком-либо направлении. Пенистая вода билась о нос, дерево трещало и раскалывалось, через пробоины хлестала вода, и, кроме Джерака Хайдена с маленьким ведром, некому было ее вычерпывать.
Каким-то чудом им удалось остаться на плаву к тому моменту, как река успокоилась и стала шире по мере приближения к побережью.
С палубы «Шквала злобы» Верена Авилданcкая и ее матросы с зачарованным ужасом наблюдали за тем, как промокшая компания, спотыкаясь, выбирается из-под обломков на берег. Моряков поразила некомпетентность команды баржи. Королева отправила за несчастными гребную шлюпку.
Когда Амогг выбралась на сушу, баржа с грохотом и стоном опустилась в илистую могилу. Амогг выбросила на берег измученного Джерака Хайдена. Маленький человечек сел, выплюнул песок и поправил очки. Заметив Верену, он радостно помахал ей, подбежал к лодке и первым забрался в нее. Остальные неспешно последовали за ним.
Когда они взгромоздились на борт, матросы в лодке вздрогнули. От веса Амогг дерево застонало, и лодка осела. Спустя некоторое время мокрая и окровавленная компания поднялась на корабль.
Джерак Хайден рванул прямиком к Верене Авилданской.
– Бог мой! Как же чудесно видеть тебя снова. Мне нужен доступ к твоим складам, есть один эксперимент, который я просто обязан…
– Отказано, – отрезала Верена. – Только тронь что-нибудь, маленькое чудовище, и я тебя проткну. Будешь сидеть в своей каюте под охраной, пока я не смогу выкинуть тебя с корабля. Тогда ты станешь проблемой Черной Герран.
Джерак нисколько не расстроился. Люди были ничем не лучше его автоматов из латунных шестеренок и медной проволоки, сконструированы даже более небрежно. Однако упоминание о Черной Герран вызвало у него интерес.
– Надеюсь, она хочет, чтобы я возобновил старые работы. Прошло так много времени, а я очень не люблю незавершенные дела. Никто из вас, случайно, не знает численности армии, от которой она желает избавиться?
Амогг расхохоталась.
– Тощий коротышка много о себе возомнил. – Она отыскала глазами Вундак и Рагаша, сидевших у покрытых сетками бочек и точивших топоры. Они приветственно подняли оружие. – Топоры орков намного сильнее маленького человечка.
Мейвен обменялась с Вереной тревожными взглядами.
– Когда мы шли за Черной Герран, вы с Тиарнахом всегда были на переднем крае битвы и не видели его творений в деле.
– Я видел, – буркнул Лоример. – При Кал-Траке. Он соорудил повозку с бронзовой броней, которая катилась навстречу врагу и изрыгала ядовитый газ. Враги выкашливали свои легкие и умирали без единого удара мечом с нашей стороны. В тот день в битве не было ни чести, ни славы.
Амогг и Тиарнах скривились от отвращения.
Джерак досадливо цокнул языком.
– Какая честь может быть в смерти или в том, чтобы проткнуть острым куском металла череп какого-то бедолаги, прежде чем он сможет сделать то же самое с тобой? Все это грубо и бессмысленно, когда можно победить, не потеряв ни единого человека, разве не так?
– Хватит! – рявкнула Верена, разглядывая своих треклятых союзничков. – О тонкостях воинского искусства поговорите позже. Кроме той несчастной баржи, кого еще вы прикончили в Муравейнике?
– Нас поджидали вонючие имперцы, – сказал Тиарнах. – Ублюдки знали, кто мы и где нас искать.
– Что? Гормли! – крикнула Верена. Слинкс на ее шее злобно поднял голову.
Первый помощник подбежал, и королева схватила его за грудки. Он был намного выше ее, но тем не менее сжался от страха.
– Ты у нас начальник над голубями, – прошипела Верена. – Скажи на милость, кто-нибудь посылал птичку с сообщением, которое не следовало отправлять?
Гормли побелел.
– Клянусь, я ничего не знаю. Я найду виновного.
Лоример сзади обхватил когтистой рукой шею Гормли и склонился над его плечом, касаясь клыками горла.
– Твое сердце колотится у меня в ушах, а свежие капельки пота шепчут, что ты лжешь. От тебя воняет изменой.
