Г-н Журден
Это еще что? Ну и нахалка!
Николь.
Однако, сударыня, любопытство мне кое-чего стоило. А все-таки тут дело нечисто: они что-то держат от вас в секрете.
Г-жа Журден.
Мой муженек давно у меня на подозрении, Николь. Голову даю на отсечение, что он за кем-то приударяет, вот я и стараюсь проведать – за кем. Однако ж подумаем о моей дочери. Ты знаешь, что Клеонт влюблен в нее без памяти, мне он тоже пришелся по душе, и я хочу ему посодействовать и, если только удастся, выдать за него Люсиль.
Николь.
По правде вам скажу, сударыня, я просто в восторге, что вы так решили: ведь если вам по душе хозяин, то мне по душе слуга, и уж как бы я хотела, чтобы вслед за их свадьбой сыграли и нашу!
Г-жа Журден.
Ступай к Клеонту и скажи, что я его зову: мы вместе пойдем к мужу просить руки моей дочери.
Николь.
С удовольствием, сударыня. Бегу! Такого приятного поручения я еще никогда не исполняла.
То-то, наверно, обрадуются!
Николь
Ах, как вы вовремя! Я вестница вашего счастья и хочу вам...
Клеонт.
Прочь, коварная, не смей обольщать меня лживыми своими речами!
Николь.
Так-то вы меня встречаете?
Клеонт.
Прочь, говорят тебе, сей же час ступай к неверной своей госпоже и объяви, что ей больше не удастся обмануть простодушного Клеонта.
Николь.
Это еще что за вздор? Миленький мой Ковьель, скажи хоть ты, что все это значит?
Ковьель.
«Миленький мой Ковьель», негодная девчонка! А ну, прочь с глаз моих, дрянь ты этакая, оставь меня в покое!
Николь.
Как? И ты туда же?..
Ковьель.
Прочь с глаз моих, говорят тебе, не смей больше со мной заговаривать.
Николь
Вот тебе раз! Какая муха укусила их обоих? Пойду расскажу барышне об этом милом происшествии.
Клеонт.
Как! Поступать таким образом со своим поклонником, да еще с самым верным и самым страстным из поклонников!
Ковьель.
Ужас, как с нами обоими здесь обошлись!
Клеонт.
Я расточаю ей весь пыл и всю нежность, на какие я только способен. Ее одну люблю я в целом свете и помышляю лишь о ней. Она одна предмет всех дум моих и всех желаний, она моя единственная радость. Я говорю лишь о ней, думаю только о ней, вижу во сне лишь ее, сердце мое бьется только ради нее, я дышу только ею. И вот достойная награда за эту преданность мою! Два дня не виделись мы с нею: они тянулись для меня, как два мучительных столетья, вот, наконец, негаданная встреча, душа моя возликовала, румянцем счастья залилось лицо, в восторженном порыве я устремляюсь к ней – и что же? Неверная не смотрит на меня, она проходит мимо, как будто мы совсем, совсем чужие!
Ковьель.
Я то же самое готов сказать.
Клеонт.
Так что же сравнится, Ковьель, с коварством бессердечной Люсиль?
Ковьель.
А что сравнится, сударь, с коварством подлой Николь?
Клеонт.
И это после такого пламенного самопожертвования, после стольких вздохов и клятв, которые исторгла у меня ее прелесть!
Ковьель.
После такого упорного ухаживания, после стольких знаков внимания и услуг, которые я оказал ей на кухне!
Клеонт.
Стольких слез, которые я пролил у ее ног!
Ковьель.
Стольких ведер воды, которые я перетаскал за нее из колодца!
Клеонт.
Как пылко я ее любил,– любил до полного самозабвения!
Ковьель.
Как жарко было мне, когда я за нее возился с вертелом,– жарко до полного изнеможения!
Клеонт.
А теперь она проходит мимо, явно пренебрегая мной!
Ковьель.
А теперь она пренагло поворачивается ко мне спиной!
Клеонт.
Это коварство заслуживает того, чтобы на нее обрушились кары.
Ковьель.
Это вероломство заслуживает того, чтобы на нее посыпались оплеухи.
Клеонт.
Смотри ты у меня, не вздумай за нее заступаться!
Ковьель.
Я, сударь? Заступаться? Избави бог!
Клеонт.
Не смей оправдывать поступок этой изменницы.
Ковьель.
Не беспокойтесь.
Клеонт.
Не пытайся защищать ее – напрасный труд.
Ковьель.
Да у меня и в мыслях этого нет!
Клеонт.
Я ей этого не прощу и порву с ней всякие отношения.
Ковьель.
Хорошо сделаете.
Клеонт.
Ей, по-видимому, вскружил голову этот граф, который бывает у них в доме; я убежден, что она польстилась на его знатность. Однако из чувства чести я не могу допустить, чтобы она первая объявила о своей неверности. Я вижу, что она стремится к разрыву, и намерен опередить ее: я не хочу уступать ей пальму первенства.
Ковьель.
Отлично сказано; я, со своей стороны, вполне разделяю ваши чувства.
Клеонт.
Так подогрей же мою досаду и поддержи меня в решительной битве с остатками любви к ней, дабы они не подавали голоса в ее защиту. Пожалуйста, говори мне о ней как можно больше дурного. Выстави мне ее в самом черном свете и, чтобы вызвать во мне отвращение, старательно оттени все ее недостатки.
Ковьель.
