Но — мало того. Ермак стал выразителем народных надежд на справедливость, на щедрую и хлебородную землю, свободную от гнёта. Ермак дал народу пример высочайшего мужества, стойкости, гражданственности. Он служил Отечеству, сумев подняться над своими личными интересами, над интересами своих казаков, когда не позволил им уйти с добычей на Русь, а заставил беречь завоёванную землю. Он сумел подняться над интересами своих нанимателей Строгановых, когда «поклонился Сибирью» не им, а царю. Поэтому Ермак стал фигурой более народной и легендарной, чем исторической и социальной. Безвестный, он вышел из легенды и, как в легенду, ушёл в воды Иртыша.
Начало похода Ермака окутано туманом. Ничего толком не известно — ни путь его дружины, ни время этого пути.
Чуть ли не каждый, кто пишет о Ермаке, выдаёт свою версию его маршрута. Порой случаются ляпы. Ладно, скажем, когда в Тобольском краеведческом музее на планшете перепутали Кокуй- городок и Ермаково городище — из Тобольска Предуралье видно плохо. Но вот когда уважаемые учёные говорят, что 200 км против течения Ермакова дружина проплыла за три дня — это уж слишком. Не удосужившись взглянуть на карту, Татьяна Меттерних в книге «Строгановы. История рода» (2003) выдаёт фантастическую картину пути Ермака: «
Следуя устоявшейся традиции, автор не может удержаться от презентации своей версии маршрута Ермака по Чусовой и её притокам. Аргументировать (то есть вступать в спор) автор не станет, ограничившись лишь изложением конечного варианта.
Начнём с апокрифического утверждения, что Ермак дорогу в Сибирь не искал. Чего её искать, если и так все дороги известны? Урал — не Гималаи, не так уж и сложно перевалить с одного склона хребта на другой. Русские издревле ходили в Приобье — начиная с новгородских ушкуйников XII века Улеба и Гюряты Роговича и заканчивая уже упомянутыми казнёнными послами от Грозного к хану Кучуму. Вогулы и пермяки везде, где можно, протоптали тропы через Урал — по Сылве, Усьве, Межевой Утке, Серебряной. Пути эти выводили на Чусовую ниже Каменского острожка постройки 1574 года (за 6 лет до похода Ермака); следовательно, западные «концы» трансуральских маршрутов были на уже освоенной строгановской земле — и были знакомы русским поселенцам. Ермак не искал какой-то новой дороги.
Дело в том, что местные жители плавали по речкам и переволакивали через водоразделы свои лёгкие лодки из кожи или коры, а Ермак шёл на больших, тяжело гружённых стругах. И поэтому он не плутал, а один за другим пробовал разные маршруты: какой из них подойдёт для его флота? Забегая вперёд, можно сказать, что не подошёл никакой.
