Впрочем, на Чусовой раскольников надо благодарить за сохранение вогульских мифов, которые потом стали основой «Малахитовой шкатулки» Бажова. Расширяя свою «диаспору», раскольники активно крестили в свою веру вогулов, а вогулы, соответственно, привносили в русскую культуру свои культурные архетипы. В. И. Даль отмечал, что самые дикие суеверия встречаются именно в среде раскольников. Это связано вовсе не с невежеством староверов. Невежество их весьма спорно, потому что среди них процент грамотных был куда выше, чем среди простых крестьян. (Например, у арестованного проповедника Авраамия Венгерского было конфисковано 22 книги.) В скитах существовали даже тайные скриптории — мастерские по размножению рукописных книг. А «дикие» суеверия в старообрядческую среду привнесли крещёные вогулы.
Влиянием неискоренимого язычества в среде раскольников удержалось и уникальное искусство «Пермских богов» — культовой народной деревянной пластики. Вообще, объёмные («круглые») скульптурные изображения в церкви были запрещены везде — кроме Пермского края. Здесь местные крещёные инородцы никак не могли избавиться от отголосков поклонения идолам. Скульптурные изображения святых были «компромиссом» между идолопоклонством и христианством. Во многих раскольничьих часовнях стояли деревянные Христы с лицами коми-пермяков и манси. Их вырезали местные умельцы-резчики. Потрясающая и безыскусная выразительность этих произведений вызывает, пожалуй, поистине древнегреческий катарсис.
писал пермский поэт Владимир Радкевич.
В 20-х годах XX века пермские краеведы и музейщики А. Сыропятов и Н. Серебрянников в ходе кампании по изъятию церковных ценностей собрали выдающуюся коллекцию «Пермских богов». «Легитимизирована» она была одобрением наркома Луначарского. В 1922 году в Перми был открыт Музей пермской деревянной скульптуры. Художественная значимость «Пермских богов» настолько велика, что когда в 70-е годы в Москве и Ленинграде экспонировалась «Мона Лиза», в Лувре «залогом» стояли четыре пермских Иисуса. Сейчас коллекция «Пермских богов» является сокровищем Пермской художественной галереи. Многие её шедевры найдены в чусовских и причусовских селениях. Одно из самых удивительных произведений — «Христос в темнице» — привезено из часовни Пашийского завода. Два других — из церквей Лысьвенского завода и Нижнечусовских Городков.
