Секундное замешательство закончилось, и, беря слово, поднялся маленький человек в папахе:
– На правах старшего, из находящихся здесь достопочтенных господ и дам, я бы хотел предложить, в качестве кандидата, нашего всеми любимого, благородного, обожаемого, великодушного…
Когда, через минут десять человек в папахе закончил перечисление всех положительных качеств претендента, присутствующие уже зевали.
– …щедрого, – с благодарностью во взгляде повернулся человек в папахе к восковому лицу, и чуть наклонившись, продолжил, – глубокоуважаемого господина Карасемова, так сказать, Вашу правую руку, – отвесил он поклон ледоколу.
Карасемов важно приподнялся и начертил телом полукруг, "представляя" себя публике.
Фёдр Пантелеич:
– Кандидатура, конечно достойная, но… ты, Хачтур, не обижайся, хорошо? Лицо у тебя еще скучнее, чем у Бодкина, поэтому – нет! Следующий!
– Позвольте мне, – поднялся Понтелёша, – я считаю, что бразды правления нужно отдать, молодому, волевому, успешному политику. Без лишней скромности скажу – я говорю о себе.
Фёдр Пантелеич:
– Понтелёша, ты умом тронулся? Какой, нафиг Президент? Ты в столице и пяти процентов бы не набрал. Думаешь, твое присутствие в Хартии Легионов кто-то забыл? Или как ты зулусский язык защищал? Это тебе не победа в округе, тут столько голосов не купишь. Садись! И не нервируй меня! – закончил мятый.
– Тогда, может быть нашего аксакала выдвинем? – обращаясь ко всем, спросил Карасемов, и показал рукой в сторону человека в папахе.
– Спасибо за оказанное доверие, конечно… но, нет. Я в своей жизни достаточно посидел, – улыбнувшись, ответил аксакал.
– Можно я скажу? – послышался голос главного бухгалтера.
Фёдр Пантелеич:
– Конечно, говорите, Мина Экономовна, – с уважением посмотрел он в сторону женщины в очках и со старомодной прической.
– Я подсчитала вероятность избрания кандидата, в зависимости от результатов IQ -теста, и вот, что говорят цифры. – подняла она руку с дежурной тетрадью.
В зале, как это бывает в ответственные моменты, наступила полная тишина.
– Итак, лучший результат получил… лучший результат получил… – начала она, распевая слова.
– Та говори уже, карга старая, не томи!!! – вдруг, вскочив со своего места, возмутился человек-колобок.
– Лучший результат получил… Д'арье КазИмир! – закончила бухгалтер торжественно.
– Что-о-о-о? Какой нафиг Д'арье? Опять "этих" к власти??? Не успела страна от одного отдохнуть, как вы опять их пихаете??? Я за себя не ручаюсь!!! Завтра приедут мои ребята из Тигрова и разнесут тут все к х…м собачьим!!!" – закончил угрожающе речь депутат Грязицький.
Фёдр Пантелеич:
– Слышь ты, сморчок? Сел и заткнулся. Ты за "свои" что ли орлов везти собрался, джингоист недоделанный? – отрезал мятый.
– По поводу Д'арье… Извини, КазИмир, но при всем уважении, ты тоже не подходишь. Кандидат должен, если не всем, то хотя бы двум бабам нравиться, а не так, как ты, только нашей субботней ведущей Капалке, – закончил ледокол и вопросительно взглянул в зал.
Вдруг он заметил, как кто-то из публики тянет руку. Женская рука поднималась очень грациозно.
– Гульнарочка? Девочка ты наша… Дело в том, что тут взрослые дяденьки говорят о взрослых проблемках. Иди лучше со сверстниками поиграй.
Гульнара поправила очки, надула губки и пошла по направлению к выходу.
– Вы же говорили, что я буду президе-е-е-е… – заплакав, ребенок выскочил из зала.
– Будешь, конечно, – начал было мятый, но заметив, что та уже убежала продолжил. – Забыл я… кто ее сюда привел??? Прибил бы…
– Можно я? – робко поднимаясь, спросила Нырка Чердащенко.
Фёдр Пантелеич:
– Говори. Только, по делу. Знаю я тебя.
– Мы тут с девочками долго думали, – повернулась она к своим соратницам, – и пришли к выводу, что… лучше вас все равно никого не будет!!! Не бросайте нас!!! – с этими словами она в третий раз в жизни бухнулась на колени и двумя мощными струями из глаз окропила итальянский паркет. "Курятник", скопировав действие главаря, через секунду очутился на полу.
Истерика длилась долго. Курильщики успели забычковать по две сигареты. Наконец, все успокоились. Слышны были лишь всхлипывания Кегли, посапывания Люси и вздохи Дерьмянко.
Фёдр Пантелеич:
– Так, если конструктива больше не будет, то можете расходиться. Выходные пособия получите у бухгалтера, – строго заявил он.
– Фёдр Пантелеич, мне кажется, что всё, что здесь происходило, это вовсе не "мозговой штурм"… а вынос мозга, – улыбаясь заметила гора-"Целтава".
– Ну, ты комик, конечно… Ладно, прости-прости… Комик в нашей стране только один. А ты, ”Целтава" юморист, – подойдя к секретарю-велосипедисту, похлопал его по плечу мятый, – продолжай!
– Так вот, я предлагаю, чтобы остались самые… ну… без обид… короче, люди, с самым высоким IQ, и мы, в небольшой компании что-то придумаем.
Фёдр Пантелеич:
– Отличная идея! Нырка, забрала с собой всю свою "сопливую компанию" и свалила отсюда! Mина Экономовна, а Вы останьтесь и огласите первую пятерку списка "умников".
– Д'арье, "Целтава", Минутка, Петына и Понтелёша. – отчеканила бухгалтер.
– А как же мы? – в один голос пискнули положительные блохерши.
