— Когда-то наш учитель — отшельник по имени Эн-но Гёдзя ходил по горам без дорог. Он повстречал богов-демонов Гокидзэна и Киацуки, они подарили ему заклинание и дали еды. Так и мы — беспрерывно в пути, годы и годы. Дайте нам еды, проявите милосердие! Мы все монахи, следуем традициям Эн-но Гёдзя. Наша родина — Хагуро, что в Дэва, целый год мы проводим на горе Оминэ, а с весны бродим днём и ночью: хотелось хоть одним глазком взглянуть на столицу. Мы сбились с дороги, а здесь вдруг оказалась тропа, вот мы и забрели сюда. И вот оказались перед демоном, знакомым с самим Эн-но Гёдзя! Это нас очень радует. Известно, что укрывшиеся под одним деревом, черпавшие воду из одного источника будут связаны в следующих рождениях. Дайте же нам ночлег. И предложите нам вина, говорят, вы, демоны, понимаете толк в вине. У нас тоже есть вино, так что всю ночь можем пировать.
Додзи выслушал и решил, что может у этих людей и вправду нет плохих намерений и связь в прошлых рождениях привела их сюда. Для того чтобы узнать, что у них на сердце, Додзи сказал так:
— Вы сказали, что у вас с собой есть вино. Мы тоже предложим гостям по чарке вина. Прошу вас.
То, что демон называл вином, была нацеженная кровь, налитая в бутылочку для сакэ. Кровь вылили в чарку и поставили перед Додзи. Додзи поднял чарку и протянул Райко. Райко принял, поднял чарку и чуть-чуть отхлебнул. Сютэн Додзи наблюдал за ним.
— Передайте чарку следующему, — сказал он.
— Прошу, — сказал Райко и протянул чарку Цуне.
Цуна тоже взял чарку и немного отхлебнул.
Додзи спросил:
— Хотите закуски? Прошу вас.
Кажется, это были только что отрезанные рука и бедро. Их положили на доску и поставили перед Додзи.
Додзи посмотрел:
— Приготовьте и подайте.
— Будет сделано.
Ёримицу посмотрел на то, что лежало на доске.
— Позвольте мне самому приготовить, — сказал он.
Он лёгким движением достал из-за пояса кинжал, отрезал суна четыре-пять мяса и, причмокивая, съел. Цуна последовал его примеру.
— Искренне благодарю, я тоже всё сделаю сам, — сказал он, тоже отрезал суна четыре-пять мяса и аппетитно съел.
Додзи наблюдал за всем происходящим:
— Гости-монахи, обжившиеся в горах, право, очень странно, что вы пьёте это диковинное вино и едите эту диковинную закуску.
Ёримицу ответил:
— Вы говорите, что это странно, но в нашем учении о странствиях есть учение о смирении. Если даже к чему-то не лежит сердце, мы никогда не скажем, что что-то нам не нравится. Вот это вино и закуска, это как плыть в пустоте, убивать или быть убитым, ведь жизнь — всего лишь сон. Как наше тело — тело будды, так в еде нет двух вкусов. Всё есть пустота. Мы будем спасены.
Он поклонился, демон решил, что такой человек не причинит ему зла. Додзи с радостью поклонился в ответ.
— Что ж, жаль, что вам досталось вино и закуска, к которым не лежит душа. Уберите, остальное не нужно гостям-монахам, — казалось, он успокоился.
В это время Райко сел в гостиной и достал то вино, о котором уже была речь.
— Вот вино, которое мы взяли из столицы. Почтительно прошу Додзи выпить чарку. Для пробы, — сказал он.
Ёримицу тут же осушил одну чарку и налил Сютэн Додзи. Додзи взял чарку и тоже осушил её.
Поистине, можно лишь благодарить божественный случай, это необыкновенное вино, его вкус подобен «Сладчайшей росе», такое невозможно ни представить, ни описать словами.
Очень обрадовавшись, Додзи приказал:
— Пусть мои самые любимые женщины выйдут и выпьют с нами.
Вышли дочь Кунитаки и дочь Ханадзоно и сели в гостиной.
Райко посмотрел:
— Они похожи на придворных дам из столицы, — сказал он и встал, чтобы налить им вина.
Додзи очень радовался и, опьянев, говорил:
