"Тот самый Минин", не смотря на свою крепость, с кресла взмыл легко, словно гимнаст. Шрам на щеке исказился от его хищной улыбки. Сделав несколько шагов вперед, он уставился на парня. Однако тот и виду не подал, гоняя по кругу в голове какую-то дурацкую детскую считалочку. Это помогало отвлечься от давления энергетики пришедшего отчего-то в совершенно прекрасное расположение духа Ловчего.
Тот втянул двумя ноздрями воздух. С шумом и вкусом. Словно бы пытаясь почувствовать нотки страха, исходящие от посетителя. Но тот стоял ровно, уставившись прямо перед собой.
Кивнув каким-то своим мыслям, Ловчий вернулся за стол, по пути жестом предложив Алексею занять место напротив него.
Пока Приимков устраивался на удобном в принципе, но отчего-то именно сейчас кажущемся невероятно жестким кресле, Минин открыл верхний ящик и достал пару игральных костей. Подкинув их на ладони, он бросил их на стол. Кубики весело прокатились по столешнице и замерли в пятнадцати сантиметрах от стола прямо перед парнем. Выпали "три" и "девять".
Молодому человеку это ни о чем не сказало, а вот безопасник негромко рассмеялся каким-то своим мыслям.
— Что ты знаешь об опричнине? — Поинтересовался он негромко.
Алексей задумался. Его не торопили, а, значит, есть время определиться с ответом. Хозяин кабинета не спешил.
— Личная гвардия великого князя московского и всея Руси Иоана Васильевича Грозного, созданная в одна тысяча пятьсот шестьдесят пятом году. "Государственные люди" — отряд телохранителей, личников и ближников государя. Иван Васильевич создал "Избранную тысячу", отделив часть бояр, приказных и служивых людей в трёх царских— дворцах. Если я правильно помню, Сытном, Кормовом и Хлебном. Им же был назначен особый штат для обслуги и снабжения. Помимо бояр, дворян и прочих детей боярских были набраны и особые отряды стрельцов как местный ударный спецназ. не уверен, что они действительно крепили к седлам песьи головы и метлы (где ж столько псов-то взять?), но эти символы закрепились за ними как визуализация принципа "Кусаю как собака, а затем выметаю все лишнее из страны".
— Кхм! — Кашлянул негромко Минин.
Алексей замолк, ожидая реплики хозяина кабинета. Но тот только поднял руку, показывая, что не желал перебить.
— Однако раз уж так случилось...
Приимков не заметил, чтобы Лочвчий нажал какую-либо кнопку, но Лена, в своем холодно-сексуальном образе, явилась секунд через сорок с горячим чаем.
Парень постарался смотреть только на хозяина кабинета. Отчего-то "рабочий" образ Воронцовой, после того, как она показала немного другую себя, вызывал... Нет, не раздражение, но...
— Простыл видимо! — Взялся Минин за ручку подстаканника.
— Прошу.
Алексей поднял взгляд. Девушка, оказалось, не только принесла чай для безопасника, но и не забыла чашку кофе для Алексея. Ажурная чашечку на маленьком блюдце она аккуратно поставила перед Приимковым. Да еще и подмигнуть умудрилась, в тот миг, когда начальство никак не могло видеть ее лица.
— Могла бы и сахар гостю предложить, Леночка! — Проворчал едва ли не по-стариковски безопасник.
Девушка на миг замешкалась, после чего ровным голосом, вновь укутавшись в свою "холодно-сексуальную броню", кивнула.
— В следующий раз — непременно. Прошу простить, Алексей Игоревич.
Выдав эту замечательную тираду тоном, которого хватило бы и на неплохой такой рефрижератор, она грациозно развернулась и покинула кабинет.
— Лена, Лена... — Покачал головой Ловчий, пряча легкую улыбку за глотком чая.
А вот то он не понял, что дочка Воронцова могла не принести гостю всего положенного только в одном случае — если совершенно точно знала, что он этим не воспользуется. А откуда она могла знать, какой кофе пьет господин Приимков? Да и знал он девушку он очень давно. С самого ее детства. Как и Пожарский. Потому-то она и занимала свой пост... Но неужели ей хоть на секунду могло прийти в голову, что у нее получится что-то скрыть от людей, которые знают ее очень много лет?! Это, конечно, если оставить за скобками их довольно специфические профессиональные навыки.
Зато картинка начала складываться. Вопрос Приимкова и поведение Воронцовой прекрасно укладывались в общий пазл.
"Ох и скандал же будет!", — с каким-то даже мстительным удовольствием подумал он. Однако отобразиться своим мыслям на лице не позволил.
— Продолжай, абитуриент Приимков. — Предложил он негромко, убедившись, что горло чувствует себя немного лучше.
Это где ж он простудиться-то умудрился посреди лета? "Ну да ничего... Сейчас еще таблеточку шалфея, и совсем хорошо будет!".
— Да, в общем, все, — пожал плечами Алексей. — Могу только добавить, что в лучшие годы количество "государевых людей" достигало пяти-шести тысяч человек. Сам термин "опричник", кстати, появился куда позже. Вернее, вернулось, ведь "опричь" — вообще слово древнерусское. И вернулось оно стараниями господина Карамзина в его "Истории государства российского".
За время "заключительного слова" парня Минин успел выдуть половину стакана. Не слишком изящно и явно против принятых в Высшем свете правил, зато с большим удовольствием.
