Принц не отреагировал на веселье в ее голосе. Если раньше его взгляд при подобных моментах заволакивало прозрачным льдом, то сейчас этот лед приобрел пугающий темный оттенок.
- Ты скажешь мне, кто. Немедленно.
- При одном условии, - сглотнула Элика. Она его не боится. Она даже смерти не испугалась. На что он рассчитывает?
- Эл, со мной не торгуются, - Кассий подался вперед, прожигая ее взглядом. - Если будешь молчать, клянусь мечом Эдера, я отхлестаю тебя до крови! Можешь меня ненавидеть после этого сколько угодно, но мое сердце больше будет болеть за твою безопасность во дворце. Итак?
- Не сможешь, - дерзко ответила девушка. Но в ее голосе больше не было уверенности. Прежний Кассий вернулся.
- Поверь, ради спасения твоей жизни я еще и не такое смогу. Ты будешь говорить?
Элика из последних сил запрятала свой страх в потайной уголок сознания. Она будет стойкой и выбьет из него гарантированное ей право на возмездие. Чего бы ей это не стоило.
- Я скажу, - она показательно улыбнулась, встречая его взгляд. - Но ты отдашь мне жизнь этого человека.
- Само собой. Я лично снесу ему голову. Я жду.
- Ты не понял, - принцесса поймала его недоуменный взгляд, и ее улыбка стала шире. - Голову ему снесу я. Только если ты дашь мне это сделать, я назову его имя!
- Ты соскучилась по кнуту? - теперь лед был в его голосе. - Я не позволю тебе рисковать собой. Ты под моей защитой, поэтому я убью его лично!
- Охренительная защита! - вскочила Элика. - Я не могу и глотка воды сделать от твоей защиты! Отравитель на свободе, а все, что тебя занимает, так это повод схватиться за кнут?
Рука Кассия одним рывком ухватила ее волосы, оттянув назад. Отмахиваться от собственного страха становилось все сложнее. Элика взвизгнула от боли.
-Ист Верто, Кассий! Ты не имеешь права мне отказать!
Ледяные серые глаза расширились от удивления, и хватка ослабла. Элика выдохнула, ощущая бешеный ритм сердца. Ему удалось ее напугать, но отступать от намеченной цели девушка не собиралась.
- Это Терида. И я требую ее жизнь взамен на попытку отобрать мою.
Сказать, что Кассий был в шоке, значило ничего не сказать. Напряжение отступило, и Элика рассмеялась, глядя в его ошеломленные глаза.
-Терида?! Зачем ей это понадобилось?
- Ну, не знаю, - принцесса сейчас не узнавала саму себя. Сон, в котором она говорила с Лаки, словно передал ей большую дозу равнодушного цинизма. - Наверное, как бы мне не хотелось об этом говорить, ты самый желанный и до одури неповторимый тиран в своей империи. Такими темпами скоро яду не хватит!
- Я разберусь с ней, - Кассий устало вздохнул. - Ты точно уверена в том, что это она?
- О, сожаление? -Элика едва не потеряла над собой контроль. Ничтожная рабыня пыталась ее убить, а все, о чем он думает, так это о том, что одной подстилкой в его гареме станет меньше! - Не стоит, право. Ну чего такого она делала, что не сможет повторить рабыня удовольствия? Можешь написать мне свои требования к замене, я пришлю тебе кого-нибудь из наложниц Лэндала в подарок. А эту суку ты отдашь мне!
- Я сам ее накажу, - Кассий был непреклонен. - Оставь это мне.
-Ист Верто! Идешь наперерез собственным законам?!
- Да будет тебе известно, что по праву Ист Верто правящая власть имеет право избрать меру пресечения на свое усмотрение. Ты хочешь ее смерти, так и будет. Но это сделаю я!
- Кассий, это не моя блажь от скуки в заточении, -Элика почувствовала боль. Он продолжал притеснять и зажимать ее во всем. И это после того, как лично заявил о том, что она может считать себя свободной! - Это моя религия. Покушение на жизнь должно караться смертью. Если я этого не сделаю, Антал не подарит мне своего благословения. Ты обрекаешь меня на скитание по лабиринтам между чертогами Лакедона и Антала!
- Нет. И не проси меня об этом.
-В...би тебя Лаки, - процедила сквозь зубы Эл, отворачиваясь к стене.
Кассий попытался вновь разговорить ее, гладил, обещал защиту и покой в своем дворце, невзначай затронув тему о религиозных предрассудках.
- Исчезни, - просто ответила принцесса, закрывая глаза.
Время послеобеденной сиесты означало почти две меры масла покоя и свободы действий для рабов дворца, и в этом им обычно не препятствовали. Это была некая традиция Кассиопеи, негласно соблюдавшаяся во всех именитых домах империи.
Элика наблюдала издалека за Теридой, о чем-то оживленно беседующей с Гайей. У рабыни хватило смелости расположиться под шелковым пологом шатра для своих господ, пользуясь их отсутствием. Блондинка, казалось, еще больше распустилась от своей безнаказанности за учиненный проступок.
Элика погладила рукоятку меча и жестоко усмехнулась.
Два солнечных круговорота. Ровно столько ей понадобилось, чтобы усыпить бдительность Кассия и лицемерно согласиться с его решением. Когда он пришел в ее покои той же ночью, Элика, отбросив ярое желание вытолкать его за дверь, напоминая о своей свободе, обворожительно улыбнулась, распустила тесьму своего платья, позволив ему свободно упасть на пол.
- Люби меня, повелитель. Я ведь едва не лишила нас этого!
