– Ты права, – сказал Тим. – Если мы сейчас допустим его смерть, нам придется в ближайшем времени встретиться с ним снова. Ведь тогда, полагаю, мы уже точно окажемся в Обливионе. Как и он. Видеть его рожу сейчас, мягко говоря, неприятно, но терпимо. Так лучше распрощаться с ним и идти своей дорогой, чем портить жизнь и ему, и в первую очередь себе. Помочь врагу, который полжизни охотился на тебя и благодаря которому, в том числе тебя и убили – это ли не звучит как месть? Пусть он, задыхаясь, кашляет кровью и видит, что мы в который раз оказались сильнее. В то время как мы протянем ему руку и вытянем его из собственной лужи дерьма. Пусть осознает, какой он ничтожный. Ведь в этом хаосе, где каждый старается думать лишь о своей шкуре, никто, абсолютно никто не подошел к нему. А те, кого он считал самым большим злом в это мире, не дадут ему умереть. Это не песнь в честь нашего героизма. Просто я не хочу быть ему подобным. Слово «месть» отсутствует в словаре Белых воронов. Мы и наши родители погибли от рук Мориса Мартена. И даже если бы Монт не пообещал ему денег, этот человек все равно нашел бы своего покупателя. Луи Монт не единственный темный маг в этом мире. Все произошло бы по тому же сценарию, только без фамилии, от которой нас уже тошнит. Анри, мы прямо сейчас можем задушить его собственными руками. Но сможем ли мы вернуть родителей? Станет ли нам лече?
Мы должны спасти его. Ради Ребекки. Ради малышки Одет. Ради себя.
Анри молча протянул свою невидимую руку Луи и касанием своей руки остановил кровотечение. В глубине души он понимал, что только он из присутствующих сможет это сделать. Лицо Луи изображало боль, которая тут же сменилась изумлением. Он, находясь в Либерти, по идее не мог видеть братьев. Но абсолютно у всех складывалось ощущение, что его взгляд был четко направлен то на Тима, то на Анри. Их лица еще надолго отпечатаются в его памяти.
***
Агнес заметно расцвела с появлением Анри в Мунспейс. Ее заинтересованность ко всему и вовлечение в любой процесс, проходящий здесь, увеличились в десятки раз. Возможно, это не самый лучший исход из всех существующих где-то параллельных вселенных для девочки, но я рад, что помимо семьи титанов у нее теперь появился и настоящий отец. Изначально Агнес была в растерянности, и любое упоминание той жизни, которой у нее никогда не было и больше не будет в мире Либерти, с легкостью могло довести ее до истерики. Такое бывает с подростками. Но сейчас она полностью приняла свою судьбу и остается счастливой в Мунспейс благодаря поддержке семьи. К тому же за все эти годы, будучи еще совсем ребенком, она привыкла заботиться о других детях. И, как мне кажется, без этого уже не сможет. По Анри тоже издалека видно, как изменился он за эти всего пару дней. И помимо привычной опеки за братом, которую он всю сознательную жизнь чувствует своим долгом, он теперь может быть ответственным за кого-то другого. А для такого парня, как Анри, это уж точно жизненная необходимость. Агнес, наблюдая за обучением своего отца и его брата, старалась тоже не отставать и приучать себя к жизни в уже таком родном Мунспейс. Но уже ощущая себя как-то по-новому. И к этой новой себе ей еще нужно было привыкнуть. Как и всем окружающим вокруг нее теперь приходилось искать к ней особенный подход. Спустя неделю Анри и Тим научились обращаться в иной облик. Как и у других титанов, теперь у них есть два собственных «Я»: одна внешность которого олицетворяет их прежних, а вторая – магических. Наделенных особой силой. У Анри во втором случае загорались глаза ярко-синим и на лице появлялся серый шрам. У Тима – зеленые глаза, которые в моменте загорались красным светом. Проходить свои миссии, посещая чужие испытания, и помогать богам стало гораздо легче. Теперь за спиной у братьев при превращении вырастали крылья. Белые и черные. В такие моменты зрение моментально становилось четким, как у орла. Они могли улавливать больше информации из-за обострения обоняния и обо всем догадываться заранее, так как видят все издалека и слышат слишком четко для людей. Они не передвигались. Они со скоростью света парили в воздухе, как дым от сигареты, лавируя между очередными препятствиями-тучами. С первого раза никогда ничего не выходит. Это правило не всем удается усвоить, но мальчикам в этом помог их жизненный опыт. Небольшой опыт, которого оказалось более чем достаточно для того, чтобы продолжить жить после смерти. И чтобы, несмотря на свои потери и неудачи, встать с колен и продолжить идти, ломая перед собой стены. Слишком мало тех, кто, не жалея себя, прыгнет в воду дважды. Задыхаясь от каждого вздоха. Кто себе не поможет, но протянет руку другим. Именно такие люди нам нужны.
– Я знал, что тебя здесь оставят, – сказал Тиму Океан в первый день, не думая, что я услышу. – Когда ты так запросто прыгнул с обрыва после моих слов, не сопротивляясь и не отказываясь, я сразу понял, что ты либо вернешься в Либерти, либо останешься здесь. В Элизиум таким еще рано.
