– А я вижу прекрасного и светлого мальчика, который отличается от других только отсутствием меланина.
С непонимающим взглядом и вопросительными знаками в глазах я переглянулся с ней, но мама тут же продолжила и позвала к нам Тима.
– Посмотри на своего брата. Тебе кажется, что он какой-то «не такой»?
– Нет, – неуверенно сказал я.
– А сейчас, мальчишки, оба посмотрите на себя в зеркало, – сказала нам мама, поднимая Тима в воздух и сажая его себе на колени.
Мы, улыбаясь, переглядываемся с братом и послушно выполняем просьбу матери.
– Меланин – это такой природный пигмент, который защищает кожу от солнышка. В вашем организме его недостаточно, поэтому яркое и очень теплое солнце может случайно обжечь вас. Примерно так же, как меня обжигает плита, когда я готовлю вам блинчики. А еще вот этот самый меланин отвечает за цвет глаз, кожи и волос. Поэтому вы у меня такие белоснежные. Вот и все, что отличает вас от других. Анри, малыш, я надеюсь, ты же не стыдишься своего брата?
– Нет, мам.
– Тогда почему же тебе нужно стыдиться себя самого? Ты не «не такой, как все». Ты как брат. И это, поверь мне, звучит гордо.
Мама посмотрела на нас в отражении своей лучезарной улыбкой и нежно поцеловала нас по очереди в нос. Кажется, пора на кухню кушать самые вкусные блины с малиновым вареньем. Не зря же маму обжигала плита. За завтраком все были какие-то загадочные, как будто каждый витал в своих мыслях. Папа увлеченно читал свежую газету, попивая остывший кофе, мама задумчиво носилась по кухне за банками варенья и очередной партией блинов. Тим, как обычно, ел, уставившись в одну точку, и постукивал пальцем по столу. Я смотрел на него и вспоминал рисунок, который нашел на папин день рождения и спрятал к себе в карман. Сегодня день размышлений и анализа. Себя, своих мыслей и всего вокруг. И эти мысли накладывались на мою голову одна за одной настолько быстро, что я не успеваю за них ухватиться. Я, брат, мама, папа. Кто мы такие? Почему мы такие? Действительно ли мы любим друг друга и должны этим гордиться, или все это пустое вранье? Или просто маме очень хочется, чтобы так было на самом деле? И почему, наконец, я думаю об этом в пять лет? После завтрака мама ушла на работу, Тим отправился в комнату складывать паззлы, а я еще на какое-то время застрял на кухне. Солнце стремительно пытается просочиться в комнату через темные шторы, но его лучи лишь маленьким кончиком касаются края стола. А значит, я по-прежнему в безопасности.
– Сказать честно, все эти воспоминания из детства застревают в моем горле комом. Каждое сказанное мной слово вытягивается и отдирается прямо от сердца. В голове звучат нотки французских мотивов, проигрываемые с нашего старого потертого проигрывателя, а на душе уют и покой. Пока не догоняет сознание. Будто тяжелой каменной глыбой по моей больной голове. Проговаривая это вслух, я чувствую себя на сеансе терапии, и это действительно работает как успокоительный эффект. Важно не держать все в себе. Это я уже понял за все эти годы. Но, черт возьми, я все же надеюсь, что все это задумано не только ради моего спокойствия и вашего интереса. И как бы мне удостовериться, что время действительно остановилось? – я сам не верю, что сказал это вслух.
Но мой новый приятель Кронос, как самый настоящий психолог со стажем, попросил меня не беспокоиться и не отвлекаться от моего рассказа. Каждая деталь, которую я вспомню, может быть очень важна в дальнейшем. И что, как ни странно, но все проблемы идут с детства. Пока все еще ничего не понятно. Я кажусь сам себе сумасшедшим, но этот высокий парень с умным видом и серьезным лицом дал мне небольшую зацепку. Теперь я точно уверен, что он знает моего брата. Похоже, мне следует играть по его правилам. Это даст мне хоть малейшую надежду на спасение. Ключевые моменты. КЛЮЧЕВЫЕ моменты. Я снова погружаюсь в свое сознание, вспоминая свои мысли и ощущения. Будто бы мне снова пять, и я снова сижу на маминой кухне. Пытаясь найти те самые ключи из детства, которые помогут мне отворить двери моего загадочного будущего.
Руки моей заботливой мамы снова сделали что-то волшебное – блинчики со сгущенкой. Я и мой брат с удовольствием уплетаем один за другим, опустошая только что заполненную до верха тарелку. Капли сгущенки стекают по щекам Тима, он пытается вытереть лицо, тем самым размазывая их еще больше. Белоснежный мальчик превратился в чертенка. С коричневым носом, щеками и ртом. Мне показалось это очень забавным, и я попросту не сдерживаю свой смех.
– Мам, посмотри, наш Тим – хрюшка! – едва не подавившись блинчиком, произношу я.
– Не правда, – с ровной интонацией отвечает брат, уставившись на меня, как на предателя.
– Посмотри на себя в зеркало: ты – хрюшка!
– Не правда! Я человек!!! – после небольшой паузы хнычет Тим.
