— Возможно, — пожал я плечами, не обращая внимания на ее подколки. И уже обращаясь к деду. — Кстати, я нашел Арктуруса… Вернее, его останки. Похоже, он тоже угодил в такую-же ловушку. Там были демоны. Много. Позже оставлю воспоминание.
— Понятно, — помрачнел Поллукс. — Надеюсь, тебе хватило ума забрать его тело?
— Да, — снял я сумку, вручая ее деду. — Оно здесь, только чары на сумке были нарушены… Впрочем, долгая история. Есть срочные новости? Надеюсь, нет, потому как я жутко устал. И вообще, почему ты тут?
— Не буду спрашивать, как ты умудрился сломать такой артефакт, так как такой олух как ты, может сломать все-что угодно, если оно стоит дорого, — язвительно ответил дед, осторожно принимая у меня из рук артефакт. Видимо, он до сих пор не отпустил ситуацию с теми големами. — Срочных новостей нет, ничего интересного. А я тут просто…
— Тебя спасать собрался, — тут же сдала деда Кассиопея. — Как увидел, гобелен, так и рванул сразу в Албанию… Правда не нашел ничего, кроме горки нежити и демонов. Так что я уже вкурсе вашей охоты на крестражи. Могли бы и сразу сказать, это же так увлекательно — собирать осколки души безумного мага, что решился на такое!
— Поллукс… — тихо проговорил я, ощущая подкатывающую к горлу ярость и с трудом сдерживая готовые сорваться с языка ругательства. Он же сам говорил…
— А что мне оставалось делать?! — со смесью гнева и стыда воскликнул дед. — Сидеть и смотреть как пропадешь еще и ты?!
— Нет, но… — замялся я. Даже гнев исчез как не бывало, смытый осознанием того, что за меня действительно беспокоились. Притом настолько, что Поллукс обратился к той, которую сейчас искренне презирал и ненавидел. — Хорошо… я понимаю. А теперь, Кассиопея, без лжи, недомолвок или иносказательности — скажи, что ты знаешь о крестражах, и как собираешься распорядиться с данной информацией?
Произнес я, задействовав клятву.
— Я знаю о Крестражах только то, что мне рассказал Поллукс, — явно неохотно начала говорить та. — Мне был известен лишь способ отделить неразрушимое ядро души и посредством ритуала поместить его в неодушевленный предмет. Модифицировав ритуал, я отделила собственную душу перенеся ее в адамантиевый кристалл, который затем поместила в собственное сердце, добившись плотной связи всех духовных оболочек чтобы избежать регресса. Как именно Волдеморт разделил неделимое мне неизвестно…
— Откуда у тебя Адамантий? — удивленно выдохнул Поллукс.
— У одного из приближенных Грин-де-Вальда завалялся, — ехидно ответила Кассиопея. — У них вообще много чего интересного оказалось…
— Не отвлекайся, — одернул я лича. — Как ты собираешься распорядиться с данной информацией?
— Еще не думала, — ответила та, склонив голову на бок и прикусив палец. — Хотя, наверное… воспользуюсь моментом, когда ты умрешь, чтобы совершить множество… всего веселого! Может быть присоединюсь к Волдеморту… Еще не решила. Но кого я убью первого, так это моего любимого братца, затем…
— Замолкни! — заткнул я чертового лича. И чем я думал, надо было давно спросить именно этот вопрос… — Что с ней теперь делать?! Поллукс?
Я окликнул стоящего как ни в чем не бывало Поллукса, который развернулся ко мне и посмотрел на меня каким-то остекленевшим взглядом. Его челюсть гулко лязгнула, но голос который донесся следом не было его. Это был голос молчащей Кассиопеи, постепенно меняющей свой облик, стекающей с нее словно воск…
— Затем я постепенно убью всех, кого ты любишь… скажем, начну с той красотки — Лианы…
— Ах ты тварь! — в голове будто взорвалась сверхновая. Не смотря на то, что я понял, что происходит, глаза застлала темная пелена, в то время как разум скользнул внутрь, натыкаясь на с трудом держащиеся остатки оклюментных щитов. Опять чертова Тьма!
— Эй, я так и обидеться могу, — скорчила недовольную рожицу темноволосая женщина, оборвав себя на полуслове. — Я тут распинаюсь, чуть ли не душу наизнанку выворачиваю…, а мне такое!
— Сириус? — обеспокоенно произнес вполне нормальный Поллукс. — Ты в порядке?
— Я в порядке, Поллукс, — ответил я деду, хотя слова прозвучали куда менее уверенно, чем хотелось бы. Я крепко сжал кулаки, чувствуя, как магия внутри все еще бьется, как взбешенное животное, стремясь вырваться. Оклюментные щиты едва держались, а голос Кассиопеи до сих пор эхом отдавался в моем сознании.
Конечно же я вообще не был в порядке, пытаясь загнать собственную силу туда где она должна была находиться. Под моим контролем. И как черт возьми Арктурус с ней управлялся?! Впрочем, укрепив сознание, изрядно расшатанное как пристанищем демонов, так и внутренними переживаниями, я все же ответил.
Темноволосая женщина тем временем явно наслаждалась моим состоянием. Она облизнула губы, словно смакуя каждую секунду, пока я боролся с собственным разумом.
— Все… теперь в норме, — ответил я деду. — Так на чем мы остановились?
