Как всегда, когда в радость добавляют пафос, получается бред. Марк редко смешивает одно с другим, и за это я его ещё больше уважаю.
— Пойдём, Тит, переоденемся, в мокрых трусах не походишь, — Квинт тыкнул пальцем на недальний забор кафе.
Не спеша, забрал мокрое полотенце у Агни и выдал мне пластиковые шлёпанцы. Пацан надёжный как скала, заботливый, как родная мамочка.
— Извини, Марк, а Агнесса, скоро заговорит? Надеюсь, я ничего не повредил?
— Не волнуйся всего минут на пять, на большее тебе точно не хватит сил. У нас в роду дед по материнской линии, умел ставить пожизненный блок на разглашение информации, тебе такое не светит — успокоил меня Рыцарь. — приводи себя в порядок и продолжим. А Квинт поможет переодеться.
Я не ожидал дальнейшего.
Агни метнулась кабанчиком и просто вырвала ведро у Квинта, в другую руку сгребла одежду и обувь и без слов пошла к неприметной калитке.
Мне оставалась только следовать ей.
Внутри обычный дворик общепита, пошарпанный забор из штамп-листа, металлические контейнеры, с логотипом «ТрансКосмос», стопка поддонов из-под стандартных палет, и мусорные контейнеры – вечные спутники человеческой цивилизации.
Я только успел оглядеться, как моя одежда полетела на эти палеты, а меня прижали к забору.
Молодое тело прижалось ко мне, тепло Агни согревало меня лучше самого тёплого одеяла.
Девчонка впилась в мои губы своими, язычок проскользнул внутрь.
И всё исчезло, как мираж, только хлопок калитки, доказывал, что я не брежу, и вкус помады на губах.
Копьё скучало в ожидании меня, вернее, скучал Марк, Агни забралась на колени к Квинту и самозабвенно целовалась. Меня слегка кольнула ревность, на его месте должен быть я, не Сержант, именно я смог использовать менталистику, и мне сегодня положен подарок.
Не хочу прерывать парочку, но времени не так и много скоро поезд назад, а меня мама не отпускает с Копьём в ночёвку, пока я не стану сам Рыцарем.
Немного топающих шагов и Агни оборачивается на меня.
— Мяу! — и показала язык, прежде чем снова вернулась в объятья Квинта.
— Чуть серьёзнее Злюка, пойдём, что ли отловим дичь, да уже пора на поезд выдвигаться. — Марк перешёл к делу — Тит, ты пока не вмешивайся, просто смотри, все всё помните? Начали.
Наши переглянулись в предвкушении шоу. Власть над человеком, это завораживающее зрелище. Если только это не над тобой власть.
Среди нечастых прохожих я увидел дичь, на которую нацелилось Копьё.
На встречу шла девушка, старше меня, кажется, она уже вышла из возраста школы, но ещё не вступила в возраст достижения деторождения и тем более не имела на пальце кольца супружества.
Нам запрещено использовать на замужних женщинах менталистику, супруга не должна подчиняться никому, кроме мужа. Наш Клан стоит на страже святости Брака. Кольца нет — наша жертва.
Блондинка, с голубыми глазами, мне потом в фантазиях представлялись её лицо, фигурка и глаза. Лёгкое платьице, босоножки, золотистый плетёный ремешок.
Синь глаз, голубизна платья, серебро волос, золото пояса.
Девушку, которую раздеваешь в первый раз, запомнишь на всю жизнь.
Рыцарь внезапно заступил ей дорогу.
— Приказываю идти за мной! — натужный голос звучал с хрипотцой.
— Простите, а что происходит? Кто Вы? Дайте пройти! — оглядываясь на обступивших её с боков Сержанта и Фрейлину, забеспокоилась девушка.
Она сжала обеими руками сумочку. Неосознанное движение, мы не гопники и не интересуемся её нехитрым скарбом.
— Приказываю идти за мной! — Марк повторил ещё более скрипучим голосом.
Я на пределе сознания почувствовал что-то странное, как будто на голову надели кастрюлю, заполненную ватой, голову, как сжимает, не могу Вам объяснить, это надо самому прочувствовать, но у каждого по-разному происходит, у Марка в висках колет, Квинт вообще раз из десяти чувствует.
Странное чувство не болезненное, но необычное, что ли.
Пацан вытянулся в струну – стукнешь, зазвенит. По загривку за ухом катилась большая капля пота, пробежав по шее, она нырнула в футболку. Между лопаток расплывалось пятно пота. Пронзительно-кислый запах тела забивал мужской парфюм.
Я почувствовал, как девушка поддалась, нет, не случилось окостеневшего лица, или падания на колени, закатанных глаз, просто почувствовал, это просто понять, объяснить непросто.
Вот кто изменился так это Марк. По сравнению с девчонкой он другой человек.
— Я сломал, но идёт тяжело. — шумно выдохнул Рыцарь. — иди за мной!
Он не отводит глаз, первый шаг к забору, второй шаг, третий.
Покорившийся может пройти путь в тысячу километров, но первые шаги Покоритель и Покорённый проходят вместе, глядя в глаза друг другу. Иначе чудо Подчинения не случится, кокон из тончайших нитей, связывающих две души, растает утренним туманом, и Искра ментальной силы уйдёт в никуда, развеется по ветру, и кто скажет, сможет ли она ответить снова на призыв, одарит ли просящего ментальной властью или спрячется как моллюск в раковину? Никто не скажет. Менталистика не наука и не технология, она магия. Вещь тёмная, никем не познанная.
