- Ты с ума сошел сынок! Во-первых, зачем ты так кричишь, нас могут услышать и тогда они не станут ждать до вечера, а убьют нас прямо сейчас, а заодно и наших невинных постояльцев! Во-вторых, их семеро вооруженных мужиков, а у нас, кроме старого мушкета и оружия то приличного нет. И потом, почему ты думаешь, что их искать никто не будет, я почти уверен, что сюда нагрянула не вся банда.
- Правильно говоришь, Жакс! Вот что значит богатый жизненный опыт!
Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, трактирщика, будто обухом по голове ударили, он так втянул голову в плечи, что казалось, у него нет шеи. Жакс медленно обернулся и замер от ужаса. В дверях кухни стоял ухмыляющийся Шон. Он обвел все семейство Жакса не предвещавшим ничего хорошего, взглядом, и остановил его на Питере.
- Значит, предлагаешь всех нас убить, и концы в воду. Н-даа.... Так вот, слушай сюда звереныш, если вздумаешь выкинуть какой-нибудь фортель, позвать на помощь, например, или еще чего, в этом роде, первой отправится к праотцам твоя мать, а еще лучше, твои брат или сестра, не знаю кто у вас там? - Шон перевел взгляд на онемевшую от ужаса Марту, - я слышал, что у вас еще есть дети, так? Чего молчишь, онемела?!
Марта молчала, не в силах вымолвить ни слова, страх сковал ее конечности, она сидела с широко раскрытыми глазами, словно истукан, казалось, что у нее даже дыхание остановилось.
- Простите моего сына господин, он погорячился. Просто у нас действительно нет столько денег, чтобы заплатить вам, - говоря эти слова, трактирщик постарался встать между Шоном и Питером.
- Врешь, каналья, знаю я вас крохоборов, чтобы к вечеру деньги были, а не то, сам знаешь. И вот еще что, на ворота приколоти записку, что, мол, сегодня трактир закрыт, пусть местные выпивохи ищут себе другое место. Понял? - лицо Шона расплылось в улыбке, он явно наслаждался своим превосходством. Прищурив глаза, он погрозил пальцем Питеру и, круто развернувшись, ушел из кухни, с силой захлопнув за собой дверь.
- Надо бежать, родные мои, другого выхода у нас нет, теперь я в этом убедился, - Жакс бросился к жене, обнял ее и прижал к себе.
- Куда? - сквозь слезы спросила Марта.
- Спрячемся у мэра, г-на Пратта, уверен он не откажет нам в помощи, в конце концов, он глава нашего города, и обязан защитить нас.
- Как он может защитить нас, если в его распоряжении всего трое полицейских, которых и полицейскими назвать язык не поворачивается, - усердно вытирая платком глаза, всхлипывала Марта.
- Тоже верно, - сокрушенно вздохнул Жакс.
- А может в лес? Спрячемся в лесу! Не вечно же они здесь будут торчать! - вступил в разговор Питер.
- А что, это идея! Молодец сын! Переждем беду в лесу, благо он рядом.
- Но как мы сможем убежать, они следят за каждым нашим шагом? - спросила Марта.
- Ничего, я что-нибудь придумаю, - ответил ей Жакс, - ты вот, что Марта, собери потихоньку все, что может нам понадобиться для побега, еду, питье, одежду. А я пойду, разбужу наших постояльцев, пусть уезжают от греха, пока бандиты не передумали. А ты, Питер напиши записку, как велел этот выродок, и повесь ее на воротах. И старайся быть все время на виду у бандитов, так они будут меньше обращать внимание на твою мать. Ясно?
Питер, молча, кивнул и направился к выходу.
- И без фокусов, мой мальчик, не раздражай их, помни, от твоего поведения зависит жизнь твоей семьи.
Дождавшись, когда за сыном закроется дверь, Жакс повернулся к жене.
- Успокойся Марта, положись на меня, все будет хорошо. Иди пока к детям, а я посижу здесь подумаю.
Однако, несчастному Жаксу не суждено было придумать, как им улизнуть из под носа бандитов. Все его планы оказались несостоятельными, после того, как Питер сообщил ему, что в трактире остались только Блэквуд и Шон, остальные бандиты куда-то исчезли. Догадаться куда, было не сложно. Отчаянию хозяина постоялого двора не было предела. Уже начало смеркаться, когда в зал, где за игрой в кости, коротали время Блэквуд и Шон, вбежал взволнованный Жакс.
- Вас там спрашивают господа! - задыхаясь от волнения, произнес трактирщик.
- Кто?! - одновременно спросили оба бандита.
- Какой-то джентльмен, он просил передать вам вот это, - с этими словами, Жакс протянул Блэквуду, конверт, скрепленный сургучной печатью. Блэквуд взял конверт и поднес к единственному глазу.
- Этот джентльмен один? - спросил Шон.
- Вроде один.
- Странно, - пожал плечами Шон, и повернулся к патрону.
- Это ее печать, - задумчиво произнес Блэквуд, затем он решительно сломал сургуч и развернул бумагу. Пробежав глазами письмо, бывший пиратский капитан на мгновение задумался, потом поднял глаза на своего ближайшего помощника и сказал: "Сама не решилась приехать, боится попасть в лапы Карлу. Прислала доверенное лицо, у которого есть полномочия говорить от ее имени. Что скажешь Шон"?
- Скажу, что я не особенно удивлен, что герцогиня предпочла остаться дома. Что касается этого джентльмена, то надо пригласить его и узнать, насколько широкими полномочиями наделила его г-жа Летиция.
