Начало 18 века. Рыжая Мэри, известная и опасная пиратка, гроза морей, волею судьбы знакомится с богатым, избалованным жизнью английским лордом. Движимые чувствами, а не разумом, они решили пожениться.Но пираты не прощают своей предводительнице такой измены, семья лорда так же не в восторге от этой партии.Молодожены отправляются в свадебное путешествие, где их ждет опасная встреча со смертельным врагом — Яном. Сумеют ли они выжить, когда и друзья и враги желают им смерти? Смогут ли сохранить верность, когда не осталось даже надежды? Найдут ли выход из смертельной безысходной игры жизни?
Начинало темнеть, когда кое-где на небе уже появились первые звездочки. Затихло пение последних птиц; проходящие люди заметили, что будет гроза. Тонкий, почти бесцветный серп серебряного месяца слабо освещал мостовую, придавая ей холодный блеск. Где-то далеко громко и с надрывом закричал ребенок. С моря подул пронизывающий ветер, гнавший тяжелые черные тучи.
Старая, давно не смазанная, но прочная тюремная дверь душераздирающе заскрипела голосом. Она открывалась медленно, казалось, что ей не хотелось выпускать из стен неприступной тюрьмы заключенных. Заржавелые петли еле двигались, как бы колеблясь перед роковым поступком. Но суровые сторожа Бастилии заставили ворота открыться.
Наконец дверь отворилась, и на мостовую тяжелыми шагами вышел высокий японец в черном атласном кимоно, расшитым алыми драконами. Позади него стояли два суровых крепких пирата. Тюремные ворота тяжело и громко захлопнулись. Ян глубоко вдохнул пьянящий воздух свободы и, подняв голову, громко и пугающе рассмеялся. Этот леденящий душу смех нагнал столько страху на сторожей тюрьмы, что они поспешили скрыться за воротами. В этот момент в десяти шагах от них появилась девушка в черном платье и, быстро приблизившись, в почтении поклонилась японцу.
— Сэр Ян, я рада, что наконец-то вы свободны. Простите, что вам пришлось столько ждать, но поверьте, я делала все возможное!
— Кэти, — Ян растянул узкие губы в улыбке и резко, так, что девушка напугалась, обхватил ее за плечи.
Обдав лицо Кэти тяжелым дыханием, Ян грубо, со звериным ожесточением начал ее целовать. Под этим властным потоком горячих поцелуев Кэти съежилась от страха, который всегда испытывала рядом со своим господином. Через минуту Ян отпустил ее из железных объятий и кивнул своим соратникам. Высокий и мускулистый разбойник, чье лицо было украшено кривым шрамом, с почтением протянул три запечатанных письма.
— Запоминай, — металлическим голосом приказал Ян Кэти, — это письмо отправишь полковнику Штефарду, это — генералу английского флота, а это, — на губах у японца появилась злая улыбка, — Рыжей Мэри.
— Как прикажете, сэр, — сухо, но довольно кивнула та.
— Ступай, — приказал Ян и обернулся к ожидавшим его чуть поодаль разбойникам. — Моя месть будет жестокой, и никто из моих врагов не сможет от нее скрыться!
— Наша месть, — по-змеиному прошипела Кэти за его спиной.
— Наша, — жестко произнес Ардан, потирая шрам от левого глаза до правого края губы. — Я припомню сэру Леводу все!
— Передо мной у них тоже есть долги, — желчно усмехнулся Батлл, сплевывая на землю.
— Тогда вперед, — оскалился Ян и быстро направился к порту.
Трое союзников решительно последовали за ним.
Яркое утреннее солнце упало своими теплыми приветливыми лучами на щеки мирно спавшей супружеской пары. Нежные искрившиеся лучики игриво перебегали с одного лица на другое. Черноволосый мужчина широко, сладко зевнул и нехотя открыл слипающиеся глаза. Понежившись еще минутку, он нерешительно высунул из-под одеяла одну ногу. Вылезать из уютной постели не хотелось, но было необходимо вставать, хотя бы ради вкусного завтрака. Прищурившись от яркого света, он невольно перевел взгляд на лицо жены, спокойно и ровно спавшей на белоснежной перьевой подушке. Накрахмаленная, отутюженная простыня бережно окутывала щеку молодой женщины. Улыбнувшись ласковому, мирному утру, милорд Вэндэр поднялся с кровати и нехотя натянул дорогой халат.
В эту минуту в дверь постучали, милорд Вэндэр удивленно взглянул на бронзовые часы и выглянул в коридор. За дверью стоял пожилой дворецкий, держа в руках серебряный поднос с письмами.
— Ваша почта, милорд.
— Отнеси в гостиную, — поморщился Патрик и, закрыв дверь, проворчал: — Ведь говорил же ему письма оставлять в гостиной.
— Что-то случилось? — садясь на мягкой кровати и потягиваясь, сонно осведомилась миледи Вэндэр.
— Почту принесли, — отмахнулся тот. — Как спала, Сеси?
— Великолепно, — лениво зевнула она.
Патрик кивнул и присел в кресло, о чем-то задумавшись. Но тут в дверь снова постучали. Получив разрешение, в спальню грациозно вплыла полная няня. Поклонившись господам, она учтиво доложила:
— Ваша дочь уже проснулась, прикажете одеть ее к завтраку?
— Да, Панчита, одень Сюзи, — недовольно кивнула Сесилия и встала с кровати.
Когда няня ушла, Патрик повернулся к жене и небрежно предложил:
— Сегодня будет охота, ты поедешь?
— А как же Сюзанна?
— Оставишь ее с няней, — улыбнулся тот, — она уже большая девочка, целых два года. Соглашайся, Сеси, неужели ты пропустишь свою любимую забаву?
— Уговорил, — улыбнулась миледи Вэндэр, направляясь в гардеробную для выбора платья к завтраку.
