- Дверь не открывается, - обернулся к нему Игорек, глядя на ладонь - Не веришь, попробуй сам. И будь осторожен - дверь горячая.
Передав подопечного Игорю, Роман попытался открыть дверь. Бесполезно. Достал телефон и ругнулся:
- Связи нет.
Судя по всему, тряхнуло нас не слабо. Что же там наверху случилось?
- И что теперь делать? - испугано глядя на нас, спросила Юля. Мало кто знал, но Юлия безумно боится замкнутых пространств, где нет выхода. Психологическая травма, оставшаяся с детдома.
И тут Игорь опять нас поразил. Передав заключенного Роману, он просто подошел и прижал ее к себе, что-то шепча на ушко, от чего она как-то сразу обмякла и успокоилась, прильнув к нему.
- Надо отсюда выбираться и поскорее, - буркнул мужчина, обнимая свою женщину и глядя то на мою Олю, то на свою Юлю.
Мне не надо было читать его мысли, чтобы понимать, что его беспокоят наши девочки и хочется быстрее их вывести.
- Надо обыскать тут все. Наверняка же где-то есть запасной выход или какое-то большое окно. Не завалило же нас, в самом деле, - пытаясь шутить, предложил я. Сам же надеясь, что это просто заклинило дверь, а нагрелась она от батареи, висевшей возле нее. Глупо, конечно, но думать о чем-то другом было страшно. Был бы один, тогда ладно, но тут Оля и для нее я желаю лучшей участи, чем быть погребенной в этом подвале.
- А с этими что? - подал голос Никольский, кивнув на троих задержанных.
- Будем стеречь по трое, пока остальные обследуют помещение, - предложил Толик, косясь на часы - У нас мало времени.
- Так и скажи - у тебя его мало, - улыбнулся Роман, глядя на друга. Все понимали, насколько важна для друга встреча с его Аней.
- Ладно, у меня его мало. Ужин с восемь и я не хочу опоздать, - улыбнулся в ответ Толик, а глазки-то горят.
Все рассмеялись, даже я не выдержал. Таким оживленным Толика мы уже лет десять не видели.
- Кто первый? - спросил я и тут же ощутил, как Олина рука вцепилась в мою рубашку. Взглянул на нее.
- Останься, - в глазах мольба, а верхняя губа дрожит. Будто расплачется сейчас.
- Хорошо, - нежно погладил по щеке и присел на пол, усаживая свою принцессу на своих руках. - Ром, боюсь, идти тебе придется с Толиком. Думаю, Игорь свою леди тоже одну не оставит, а кроме вас никого не остается.
- Хорошо, - кивнул начальник, проверяя фонарь и батарейки из своего боевого комплекта. Как же хорошо, что мы уже давно решили, что в запасе всегда должны быть фонари с батарейками и у каждого отдельно. Вот и пригодилось.
- Я с вами, - подал голос Никольский.
- Нет, остаешься тут, - решительно отказал ему Толик. - Сначала прикуем этих к балкам, а потом пойдем.
На то, чтобы приковать подельников, много времени не ушло. Благо запасные наручники тоже всегда были при нас. Вот и разместив их по разным стенам, отдельно друг от друга, и рассевшись так, чтобы каждый следил за одним, мы остались сторожить парней, а наши начальники пошли обследовать подвальные помещения.
Стояла тишина. Только капли воды и, то и дело, шорохи от пробегающих крыс нарушали ее. Я прижимал к себе Олю, с тревогой поглядывая на бледное личико, и думал о том, насколько же любит ее отец, если готов взять на себя все ее грехи. И ведь доказал ее непричастность. Мне вдруг вспомнились слова Ромки после долгой беседы с ним:
- А у нас что, есть выбор? Никольский предоставил такие улики, против которых ни один прокурор не пойдет, даже будучи в курсе как дело на самом деле обстоит. Мы все можем знать что угодно, но убийство твоей Инги и еще семерых человек, официально на его совести. А значит сидеть ему лет двадцать, а тут он еще и за свои грехи явку написал. Короче, пожалуй, единственное, что можно предъявить твоей Ольге - это статья 125 УК 'Оставление в опасной', или попытаться 105 пункт 3 'убийство по найму', но доказать, скорее всего, не удаться. Но если и удаться - получит по минимуму, с учетом раскаянья и беременности.
Тогда я порадовался его словам, а сейчас, прижимая любимую к себе, вдруг понял, как же далеко зашел, чтобы ее потерять и мысленно вознес богу благодарность за существование Никольского.
- Кость? - тихий голос Оли вторгся в мои мысли - Ты сердишься на меня?
- Нет, - покачал головой и поцеловал в висок. - Как я могу сердиться, когда чуть не потерял тебя. Прошлое это прошлое и оно не должно влиять на будущее. Ты нужна мне как воздух, а значит, хочу я того или нет, но я буду с тобой.
Она помолчала, теснее прижавшись ко мне, а затем тихо спросила:
- Игорь передал тебе мои слова?
- Нет, сказал, что если захочу, спрошу сам, а так это ты должна сказать сама, - я, наверное, час его пытал, пока он в открытую не назвал меня дураком, и не велел катиться к черту. А когда немного успокоился, пообещал, что мы ее найдем, и она все это скажет сама.
Вздохнула, после чего заговорила:
- Пожалуй, он прав. Я сказала ему, что если бы могла вернуться туда, я бы ни за что не убила бы ее. Скорее бы сошла с ума, или умерла, но никогда бы не причинила тебя боль.
- Оля ... - но она приложила руку к моим губам.
- Нет, дай сказать! Я сказала, что прошу прощения и что безумно ...
