— Да ладно тебе, Яр, никто ведь действительно не ожидает от тебя чего-то сверх. Ты ведь прав, нужно по-простому, по-домашнему. Фуршет Христофорыч организует будь здоров, никто даже на сцену и смотреть не будет, а детишкам в этом возрасте главное, что? Верно, — обкусанный палец нравоучительно уставился в потолочную лепнину. — Пообжиматься во время танцуелек.
— Ага, а играть ты им будешь?
— Хм, — гном стушевался.
— То-то и оно, — я вздохнул, несколько минут молчал, глядя в окно, за которым ярко светило два солнца этого мира, затем с робкой надеждой спросил: — Слушь, тут же вроде деревня неподалеку, может у них какой ансамбль местной самодеятельности имеется.
В ответ гном только поморщился.
— Ясно, — я снова вздохнул. — Ну тогда может у твои ребята чем-то подобным увлекаются, ну там художественным перестуком мастерков, или хоровым пением при укладке плитки.
Дорофеич поперхнулся и, прокашлявшись, посмотрел на меня взглядом полном сомнений в моём психическом здоровье.
— Значит и тут мимо… хотя, — я прищелкнул пальцами. — Есть у тебя там один скрипач…
Я быстренько рассказал ему вчерашний случай с музицирующим гномом, заставив завхоза, задумчиво почесать в затылке.
— Похоже это Лурин, он недавно у меня. Ну я ему…
— Не сметь, — прикрикнул я на уже было грозно насупившегося гнома. — Скрипач нам нужен, причем как никогда.
— Да я что, — пожал плечами гном. — Нужен, так нужен. Еще варианты есть?
— Ну… — сказал я
— Э… э… э, — потянул гном.
— М-дя, — наконец резюмировали мы дружно.
В каморке повисла напряженная тишина. Семеныч видимо решил, что в комнате никого нет, ну или ему просто надоело стоять без дела, потому как он шевельнул листьями и вновь принялся чем-то смачно похрустывать, заставив Дорофеича спешно переместится в дальний от него угол дивана.
— Знаешь, Яр, вот точно эта тварь когда-нибудь тебя сожрет.
— Ты про кого? — не понял я.
— Да вот про этого зеленого, — кивнул в сторону цветка завхоз. — Постоянно ведь что-то хрумкает и чувствую на меня засматривается.
— Так ты просто ешь поменьше, будешь костлявым и не аппетитным, а то я смотрю вы с Батоном соревнуетесь у кого раньше ремень лопнет.
— Это все Глафира. Стоп. Батон.
— Что Батон?
— Ну он же у тебя на гитаре дрынькает, петь любит и вообще подкованный в этом деле котяра.
— Есть такое, — согласился я, почесывая вдруг страшно зачесавшуюся шею. — Но одного Батона и твоего скрипача нам мало будет. Тут уж впору объявления развешивать, ну или конкурс объявлять типа: «Ало, мы ищем таланты».
— А почему бы и нет?
— Почему бы «нет» что?
— Ну конкурс.
В общем, мы дернули еще по бокальчику чая и обмозговали это дело, затем почесали в затылках, опять наполнили наши «кружки», даже спросили мнения Семеныча (
Отставив бокал в сторону, я поднялся и, выглянув из каморки, крикнул:
— Батон!
Тишина и шелест листьев дуба.
— Батон, я в курсе что ты там, слышал, как ты на гуслях брынькал!
Из ветвей медленно выдвинулась тушка Батона, повиснув вниз головой словно большая упитанная летучая мышь.
— Батон, у нас тут конкурс музыкальный намечается, ты на нужен.
Кот встрепенулся, навострил уши и тут же у него в лапах появилась сперва гитара, затем гусли, которые через секунду поменялись на укулеле, которая в свою очередь уступила место барабану, который и стянул кота вниз на бренную землю. Плюх, сделал Батон, бубамс-крях сделал барабан, приземляясь сверху и «поглощая» немного ошалевшего от коварства гравитации кота. Я впечатал ладонь себе в лоб и, проведя ей до подбородка, посмотрел на покачивающийся инструмент верх которого неожиданно вздулся, с треском лопнул, выпуская из своего нутра злобного лоснящегося чернотой монстра.
— Батон, кончай изображать из себя стриптизёршу и иди сюда.
Кот вздохнул, выбрался из барабана, снял с себя похожие на лифчик остатки мембраны, и вытащив невесть откуда небольшую гармошку, поплелся ко мне, наигрывая на ходу нечто унылое. Пристроившись на диване рядом с потеснившимся Дорофеичем, он растянул меха в последней грустной ноте и вопросительно посмотрел на меня.
— Инструмент можешь отложить, — сказал я, скрещивая руки на груди и подпирая дверной косяк. — На это раз ты нужен мне как рекрутер, продюсер. Ну, или как там это называется. В общем, тебе задание: найти всех тех, кто хоть как-то поет, танцует, да хотя бы читает стихи с выражением и притащить на наш суд. Ученики и учителя исключаются. Задание понятно?
Кот молча спрыгнул на пол, достал откуда-то из-за уха галстук бабочку, нацепил её (
— И что, получается, что все сейчас зависит от кота? — после примерно минутной паузы поинтересовался Дорофеич.
— Получается, что так, — кивнул я.
— Твою же кису, — только и смог ответить гном.
