– Должно быть, хватало, – улыбнулась Матрона и призналась: – Сама я там никогда не бывала.
– Почему?
– Жители забросили деревеньку, и никто туда не ездит.
– Как грустно! – вырвалось у Мирославы.
– Вы правы, у нас много заброшенных деревень, и все их жалко.
– Будем надеяться на то, что когда-нибудь они возродятся.
– Будем. Тем более что я сама, когда завершу карьеру модели, совсем не против поселиться в деревне. Только, конечно, благоустроенной, – сказала девушка.
– Неплохая перспектива, – одобрила Мирослава, – а теперь давайте перейдём к делу.
– Давайте. Только сначала я налью вам чая. И ещё кое-что?
– Что?
– Ничего, – сказала Матрона, – я пошутила. Вы сказали, что хотите поговорить со мной о Виталии Кукушкине, – напомнила она, словно детектив могла забыть о цели своего визита.
Мирослава кивнула.
– В таком случае мне, наверное, следовало предупредить вас по телефону, что мы с Виталием расстались.
– Вот как?
– Да. Но, как видите, женское любопытство одержало верх, и я согласилась с вами встретиться.
– Хорошо, что согласились, – ответила Мирослава, присаживаясь за стол, накрытый для чая. Взяла трюфель «Особый», развернула фантик, разгладила его, положила конфету в рот и запила её несколькими глотками крепкого горячего чая.
Матрона всё это время не отрывала от неё взгляда, как зачарованная, модель следила за всеми манипуляциями детектива. И Мирослава наконец проговорила:
– И то, что вы с ним расстались, тоже, наверное, хорошо.
– Почему? – тихо спросила Матрона.
– Потому что Виталия Кукушкина подозревают в убийстве Реваковой Лидии Ильиничны.
– Её что, убили? – вскрикнула девушка.
Мирославу несколько удивила столь эмоциональная реакция, но ответила она почти что бесстрастно:
– Да. Зарубили топором.
– В квартире или на работе?
– Ни там и ни там. С чего вы решили, что её могли убить на работе?
– Было бы естественным, если бы Ревакова приняла смерть именно там.
– Почему?
– Разве вы не знаете, чем она зарабатывала на свою шикарную жизнь? – не сумев сдержать отвращения, спросила Матрона.
– Знаю.
– И вы считаете, что можно безнаказанно пить из людей кровь?
– Ревакова всё-таки не была вампиром, – обронила детектив.
– Она была хуже, чем вампир! – резко перебила детектива Матрона. – Она и её подручные выпивали из людей все соки. И не сомневаюсь, что уродовали их морально и духовно.
Мирослава хотела спросить: «Вам-то откуда это известно?», но, предвидя ответ – «из СМИ», проинформировала:
– Их деяниями сейчас занимается полиция.
– А вы разве не полиция? – впервые за всё время пребывания Мирославы в её квартире насторожилась Буфетова.
– Нет, – спокойно ответила Мирослава.
– Простите, – Матрона приподнялась со своего места, – кто же вы такая?
– Детектив, – всё тем же бесстрастным голосом ответила Мирослава.
– Но вы только что сказали, что вы не из полиции! – Глаза девушки расширились.
– Правильно, я частный детектив.
– Но кто мог вас нанять?!
– Мать Виталия Кукушкина и наняла. – Она посчитала излишним скрывать имя клиента от бывшей возлюбленной обвиняемого, тем более что Крапивина не просила её хранить в тайне своё обращение в агентство.
– Ирина Аркадьевна? – искренне удивилась девушка.
– А разве у него есть другая мать?
– Нет, но… Это на неё не похоже. Она всегда такая спокойная.
– Когда задерживают единственного сына, да ещё по обвинению в убийстве, любая, самая спокойная мать забеспокоится.
– Может быть, вы и правы. Но всё-таки Ирине Аркадьевне беспокоиться не о чем.
– В смысле?
– В том смысле, что Виталий никого не мог убить! Так что полиция разберётся и отпустит его.
– Матрона Леопольдовна, почему вы так уверены, что Виталий Кукушкин не мог убить содержавшую его женщину?
– Не мог, и всё! – отрезала Матрона.
– Это не ответ.
– Ещё какой ответ! – возразила Буфетова. – Впрочем, как бы это вам образно объяснить… – Вдруг её глаза загорелись. – Вы представляете себе коровью жвачку?
– Не совсем, – опешила Мирослава, – только в общих чертах.
– Пусть хотя бы в общих. Это и есть Виталик Кукушкин.
– Не поняла… – протянула детектив.
– Что же тут непонятного?! Он мямля! Его можно только использовать как натуральный товар в интимных целях!
– Ну вы и загнули, – хмыкнула детектив.
Мирослава никак не ожидала от Матроны такого суждения о Кукушкине. Разве подруга модели не уверяла её, что Матрона по уши влюблена в этого парня?
– Но я вас уверяю, – между тем произнесла Буфетова, – это самая точная характеристика Виталия Кукушкина. Именно поэтому я с ним и рассталась.
– Однако вы довольно долго не могли отказаться от него, – заметила Мирослава.
– Да, всё верно! – горячо выдохнула Матрона и пустилась в объяснения: – Когда я познакомилась с ним, то ничего о нём не знала! И как-то так вышло, что я сразу запала на него. У нас почти сразу начались интимные отношения. В постели Виталик бесподобен! Я не могу сказать, что я нимфоманка. Скорее даже наоборот. Но после того как я попробовала Виталика, я стала постоянно его хотеть. Мне стоило больших трудов начать думать головой, а не тем местом, что под юбкой.
– И тут как никогда кстати пришёлся Олег Ефремович Фокин, – небрежно проговорила Мирослава.
