Сапунов же, видя, что она не собирается приступать к изложению дела, приведшего её к нему, спросил:
– Вам, вероятно, нужна моя помощь?
«Скорее всего, он ни разу не слышал обо мне», – решила Волгина.
Она развернула перед его глазами своё удостоверение.
– Да, мне действительно нужна ваша помощь. Я тоже частный детектив. В некотором роде мы с вами коллеги. Только я занимаюсь исключительно убийствами.
– Убийствами? – спросил он удивлённо. – Что же привело вас ко мне?
– Убили вашу клиентку, Лидию Ильиничну Ревакову, и после этого она стала в какой-то мере моей клиенткой.
– Ревакову убили? – Глаза Сапунова широко раскрылись.
– Да. А вы не знали?
– Нет.
– В новостях было сообщение об этом.
– Простите, я не смотрю новостей. В них слишком много негатива. А мне неприятностей и в жизни хватает.
– Так можно проснуться в другой стране и не узнать об этом, – заметила Мирослава.
– Это мы уже проходили, – сурово посмотрел на Мирославу Сапунов, – и надеюсь, что больше этого не случится.
– Я тоже, – примирительно ответила Милослава.
– А все остальные новости мне сообщает жена, – неожиданно для Волгиной мужчина улыбнулся.
– Однако о Ревякиной она вам не сообщила, – проговорила Мирослава, не спуская глаз с хозяина кабинета.
– Не сообщила. – Он снова нахмурился. Потом спросил: – Как её убили?
– Зарубили топором.
– О господи! – вырвалось у мужчины.
– Как старуху-процентщицу у Достоевского, – безжалостно добавила она.
– И вы ищете нового Раскольникова? – горько усмехнулся он.
– Нет. Но вы ведь, Юлиан Дмитриевич, знали, чем ваша клиентка зарабатывает себе на жизнь?
– Знал, – не стал отпираться Сапунов.
– Однако согласились работать на неё.
– И что? Никакого криминала за ней не числилось, и я не нашёл возможным отказать ей в помощи.
– В какой же помощи она нуждалась?
Сапунов погрузился в тщательное разглядывание своих больших и, судя по всему, сильных рук. Спустя какое-то время он проговорил:
– Я не обязан вам отвечать.
– Конечно, не обязаны, – легко согласилась Мирослава.
– Тогда прошу на выход, – сухо прозвучал его голос.
– Я могу уйти, мне это нетрудно, – дружелюбно проговорила Мирослава. – Но вместо меня придёт следователь. И отвечать на его вопросы вы будете обязаны.
– Это что, шантаж? – Голос его прозвучал зло.
– Ну, что вы, – искренне рассмеялась она, – это всего лишь предупреждение.
– Чего вы хотите от меня?!
– Если в просьбах Реваковой, как вы говорите, не было никакого криминала, то расскажите мне, в чём они заключались. И я отстану от вас.
– Отстанете ли? – спросил он недоверчиво.
– Если то, что вы делали для неё, не могло спровоцировать её убийства…
– Могло, не могло! – прервал он её. – Ладно, слушайте! Лет двадцать тому назад, когда я ещё работал оперативником, мы случайно столкнулись с Реваковой как со свидетельницей. Она добросовестно помогла следствию. Не буду говорить, в чём именно. Но вскоре она пришла ко мне и попросила меня узнать, как живёт её родная сестра. Я спросил, где она живёт. Лида назвала адрес. Помню, что я удивился и спросил, почему бы ей самой не сходить к сестре и не расспросить её обо всём. Лида сказала мне, что они сильно поссорились и сестра не хочет с ней общаться. Но ей для душевного спокойствия необходимо знать, всё ли у них в порядке.
– И вы поверили ей? – спросила Мирослава.
– Представьте себе, поверил! – со скрытым вызовом в голосе ответил Сапунов.
– И согласились доносить Реваковой на сестру?
– Не доносить, а информировать, – поправил он.
– Как долго вы её информировали?
– Все эти годы. В жизни сестры, уверяю вас, не происходило ничего из ряда вон выходящего.
– Как Лидия Ильинична отнеслась к тому, что её сестра вышла замуж за итальянца и покинула родину?
– Так вы и это знаете? – несколько удивился Сапунов.
– Я многое знаю. Так как же Ревакова отреагировала на второе замужество сестры?
– Нормально отреагировала, – пожал плечами Сапунов.
Заметив, что мужчина напряжён, Мирослава догадалась, что Ревакова просила Сапунова ещё о чём-то более неприятном для него. По крайней мере, она чувствовала, что говорить ему ей об этом не хочется.
Посмотрев на Мирославу, Сапунов вздохнул и решился:
– Вы ведь знаете, что у Лидии Ильиничны был молодой любовник.
– Да, знаю, – кивнула Волгина.
– Лида обожала его. Но однажды она заподозрила, что он ей не верен.
– Что вы говорите? – сделала вид, что удивилась, Мирослава.
То, что Кукушкин изменял Реваковой, Волгиной было известно, но о том, что она имела подозрения на его счёт, Мирославе известно не было. И это осложняло положение Кукушкина. Ей это добавляло хлопот, если она действительно собирается оправдать глупого мальчишку.
– И что же, вы нашли доказательства его измены? – спросила она Сапунова.
– Нашёл, – кивнул он.
– И вы передали их Реваковой?
Он кивнул.
– Что именно?
– Компрометирующие его фотографии.
– Как она на это отреагировала?
– Плохо. Представьте себя на её месте, – предложил Сапунов, – как бы вы отреагировали?
– Я никогда не буду на её месте! – отрезала Мирослава. – Уважающая себя женщина не станет содержать юнца.
– Так хочется же молодого и красивого, – усмехнулся Сапунов.
