– Нет уж, – сердито сказал мальчик. – Пойдем вместе. Даже профессор Мориарти не мог разлучить Холмса и Ватсона, а он был пострашнее, чем этот невидимый кто-то-там! – выпалил он, стараясь не показывать свой страх.
– Ладно, – с явным облегчением ответил Берти. – Вернемся домой. Я выведу нас из лабиринта, а потом со всех ног побежим вверх по холму!
– А когда добежим… – Что тогда делать? Залезть в окно по импровизированной веревке? А толку? Им нужна штаб-квартира, какое-то безопасное место. Сарай с инструментами не годится – если кто-то подойдет к двери, они окажутся в ловушке, потому что у сарая всего один выход. Но в доме, пожалуй, найдется подходящая комната.
– Ладно, – сказал Льюис, – как только доберемся до дома, сразу же пойдем в кабинет Мартина и разработаем план по использованию амулета. Может, там найдется книга заклинаний, которая нам поможет. Или… глупо, конечно, на это рассчитывать, но вдруг дух самого Мартина явится и защитит нас?
– Как скажешь, – согласился Берти. – Только бы не бросать маму!
У Льюиса пересохло во рту.
– Ну что ж, приступим. Больше нет смысла тут сидеть.
Берти опять первым полез под каменную скамью. Друзья быстро проделали обратный путь по лабиринту – Берти держался за стену, указывая дорогу. Амулет висел у Льюиса на шее, а в руках была королевская корона, и он без конца перебирал в голове ужасы, которые могут случиться. Что, если лабиринт вдруг оживет? Что, если ветки схватят Берти за руку и затащат внутрь? «Хватит! – одернул он себя. – В этом твоя проблема – воображаешь заранее всякие катастрофы».
– Пришли, – сказал Берти, остановившись у входа в лабиринт. – Все чисто?
Льюис заглянул через плечо друга и посмотрел вверх по склону холма.
– Вроде бы да. Вперед!
И мальчики бросились бежать. За спиной сразу же раздался глухой рык, и звучал он как-то
– Вставай! – заверещал Льюис. Он не успел затормозить и был уже почти на дорожке. – Берти, вставай, вставай!
Тварь из лабиринта была невидимой, но Льюис разглядел ее след – она быстро приближалась к ним, подминая траву. Комья земли и корни летели в разные стороны из-под невидимых когтей. Берти поднялся на четвереньки, но не мог сообразить, что происходит.
– Льюис, помоги! – взмолился он.
Льюис бросился к мальчику и схватил его за локоть. Он потянул друга за собой, но тварь почти настигла их. Тогда Льюис выпустил руку Берти и, нащупав на груди амулет, выставил его перед собой, точно профессор Ван Хельсинг, угрожающий распятием графу Дракуле. Яростно и разочарованно рыкнув, незримый слуга остановился в нескольких метрах от них. Льюис чувствовал его горячее дыхание и жуткий запах гнили.
– Не подходи, – приказал он. – Берти, надо подняться по склону. Ты знаешь, куда идти?
– Да. Что… что там?
– Все в порядке. Пошли. Осторожней.
Берти поднялся на ноги, и Льюис, попятившись, подтолкнул его в правильном направлении. Через несколько шагов они почувствовали под ногами асфальтовую дорожку. Спасены! Вдруг рядом с дорожкой трава сильно примялась – незримый слуга лег на брюхо, словно лев или тигр. Только, судя по всему, он был гораздо больше льва или тигра – размером с лошадь. Все так же пятясь, мальчики двинулись к дому, а за ними неслось низкое утробное ворчание. Льюис не смел остановиться, пока они не добрались до парадной двери. Что, если на шум явится Дженкинс или миссис Гудринг?
Надо было как можно скорее пройти через холл.
– Можно как-нибудь добраться до кабинета, минуя восточное крыло? – спросил Льюис.
– Конечно, – ответил Берти. – Надо подняться по центральной лестнице. Тогда мы не будем проходить мимо наших комнат.
Берти провел их по сумрачным коридорам и лестницам, и вскоре друзья оказались недалеко от кабинета. Войдя внутрь, они сразу же закрыли за собой дверь, но, увы, она не запиралась, так что Льюису и Берти пришлось сесть на пол, прислонившись к двери спиной.
– Ну вот, – сказал Берти. – Теперь что?
К сожалению, у Льюиса не было никаких идей. До сих пор он думал только о том, как добраться до кабинета, но теперь пришло время планировать следующий шаг. Берти на него рассчитывает, и, возможно, жизни кузена Пелли и дяди Джонатана тоже висят на волоске.
Не дождавшись ответа, Берти добавил:
– Льюис, меня кое-что беспокоит.
– Что?
– Ну, эта зверюга из лабиринта не может перейти дорожку. По крайней мере, мы этого ни разу не видели. Но что тогда проникло в дом и загипнотизировало маму и Дженкинса? И как оно преодолело барьер?
На это Льюис мог ответить, потому что сам об этом думал.
