Вместо портрета разыскиваемого на плакате был изображен черный силуэт.
На плакате мелькали тени читающих его горожан.
– По всему городу повальные обыски, – мрачно сказал кто-то.
– Ищут того, не знаю, кого, – невесело пошутил кто-то еще.
Словно в подтверждение этих слов из соседних окон полетел всякий хлам и обломки мебели.
– Пять тысяч кредитов… Это какие же деньги! – мечтательно сказал один горожанин другому.
Над городом, не прекращаясь, разносилась бодрая маршевая музыка, под которую неприятный голос назидательно говорил:
– …Генерал Монкада является государственным преступником. Его пребывание на свободе создает трудности с окончательным завершением войны и созданием условий для роста материального благосостояния населения. Не создавайте препятствий для работы Инспекции своим непониманием…
…Равнодушный солдат толкал перед собой по улице инвалидную коляску с каким-то тучным стариком. На его колени он небрежно бросил собственное оружие, чтобы освободить руки.
– Солдатик, ты, верно, ошибся! – бормотал старик, прижав к груди трясущиеся руки и испуганно глядя на автомат у себя на коленях. – Я не генерал Монкада. Я всю жизнь проработал проходчиком на шахтах. Ну, какой из меня диктатор?
Последние слова старик произнес уже, выехав на площадь, прямо к стоящему перед ним контрразведчику со сверкающим моноклем. Коцепус мрачно смотрел на старика. Солдат вовсю улыбался.
– Я считаю, мой майор, что это и есть генерал Монкада! – торжественно заявил он. – Он скрывался прямо в городе, под видом инвалида! Каков хитрец, а? Как вы думаете, господин майор?
– Я думаю, что ты идиот, – ответил Коцепус и отвернулся.
– Так точно, мой майор. Ладно, дедуля, катись отсюда! – несколько расстроено сказал солдат и дед покатил прочь, лихо вращая колеса, и вопя во все горло: «Да здравствует Директория!».
Солдат, вдруг спохватившись, бросился вслед за стариком и отобрал у того забытый автомат.
Перед Коцепусом появился свежеосвобожденный от гауптвахты сержант.
– Проверка документов проведена, – доложил он. – Мы перерыли весь город. Никаких следов, никаких серьезных подозрений…
– Он должен быть где-то здесь! – твердо сказал контрразведчик.
– Да, но как он должен выглядеть? – пожал плечами сержант.
В это время с другого края площади появился человек очень маленького роста в глухом плаще не по сезону, в нелепых черных очках. Он становиться перед Коцепусом и деловито заговорил:
– Это правда, что тому, кто укажет, где находиться разыскиваемый вами генерал Монкада, вы выплатите 10 тысяч кредитов?
– Да! Да! – нервно ответил Коцепус, неприязненно поглядывая на незнакомца.
– В таком случае я хотел бы получить деньги вперед!
– Вы уже не первый, кто подходит ко мне с таким предложением. А потом покажете какой-нибудь канализационный люк и предложите нам его там искать, верно? Убирайтесь к дьяволу!
– Я не буду показывать вам никакие люки. Я покажу вам Монкаду, не сходя с этого места. Деньги вперед!
– Ого! Серьезная заявка. Если это шутка, я арестую вас и посажу под замок.
– Покажите деньги! – требовал человечек.
– Новага! – скомандовал Коцепус. К нему грузно подбежал атлетического сложения солдат с прикованным к руке цепью чемоданом. Контрразведчика, незнакомца Новагу немедленно окружили солдаты. Раскрыли чемодан. Оттуда немедленно распространился умопомрачительный запах недавно отпечатанных купюр.
– Давайте! – блаженно сказал человечек, протягивая к чемодану дрожащие ручонки.
Щелкнул замок отстегиваемого наручника, и ему передали чемодан. Бойцы немедленно подняли на незнакомца тяжелые стволы. Тот с наслаждением вцепился в чемодан и, нежно поглаживая его, положил на камни под ногами. После чего влез на него обеими ногами и стал от этого почти нормального роста.
– Ну?! – наливаясь краской, прохрипел контрразведчик.
– Итак, я показываю! Смотрите внимательно!
Солдаты стояли кольцом. Карлик – а, похоже, что это был именно карлик – резко, как фокусник, сдернул с себя плащ. И очки.
Все непроизвольно ахнули. Некоторые даже зажмурились.
Карлик оказался в богатом парадном мундире, завитый в аксельбанты, увешанный орденами. Он стоял гордо подбоченившись, – точь-в-точь памятник, под которым все и происходило. Солдаты захлопали глазами, и те, кто еще не успел, резко подняли оружие.
– Мы так не договаривались! – запищал тот, кто назвался Монкадой.
– Взять его! – хрипло сказал Коцепус и нервно вытер лоб платочком.
Рация буквально разрывалась в руках Томаса.
– Командаторе! Генерал Монкада сдался! Генерал Монкада арестован! Мы взяли его! Возвращайтесь!
Солдаты вытянули шеи, прислушиваясь.
– Что за черт! – сказал Норьега. Что значит – возвращайтесь? Выходит, мы зря старались? Откуда он там взялся?
– Нагляделся в бинокль на нашего майора, и решил сдаться сам, а то умер бы от скуки, пока его искали, – сплюнув, сказал Орилла.
Хенаро стоял над открытым двигателем. Капот выглядел как решето.
– И все зря! – почему-то Хенаро даже расстроился от такого исхода дела. Он уж привык к состоянию погони.
– Зато повеселились от души, – отозвался Грей. – Жаль только Картмана…
