Томас не ждал подходящих случаев и не собирался следовать уготовленной ему судьбе. В нем работала все та же мощная программа, которая требовала только одного: вернуться к Агнессе. Вернуться и заявить все права победителя, чтобы больше ни на секунду не таить в своем сердце разъедающей лжи. И ради этого он совершит любые необходимые поступки.
Благо, Директория позаботилась о его подготовке.
Некоторое время Томас служил в регулярной штурмовой части, которая должна была оставаться в резерве командования. Такое положение никак не устраивало Томаса, и он подал рапорт о переведении его в ударную группировку «Фаланга». Рапорт приняли. В чем также не было никаких элементов случайности.
Томас хранил в своей памяти десятки кодов доступа и паролей, в том числе тех, что известны были только ему одному. Когда-то, еще работая в оперативной разведке, он предполагал, что рано или поздно его знания и навыки могут пригодиться не только Директории, но и ему самому. В конце-концов, кем он был, если не глазами и ушами самой Директории?
И теперь через специальные каналы он мог пользоваться кое-какими данными разведывательных систем, словно из своего кабинета в штабе военной разведки. Правда, делать это приходилось крайне осторожно. Обычно он находил будку связи позаброшеннее и через запутанный маршрут выходил на спутниковую сеть.
Так он узнал, что «Фаланга» при попытке высадиться на одной из ключевых планет Конфедерации понесла огромные потери и два унесла ноги оттуда. Еще бы: ее ждала не опереточная армия новоявленных диктаторов, а мощные регулярные части Конфедерации. И хотя «Фаланга» имела куда больший боевой опыт, сработала элементарная статистика: сил конфедератов там было сосредоточено на порядок больше.
Так или иначе, Томас знал, что «Фаланга» сейчас зализывает раны, и ей требуется серьезное пополнение. Конечно, кого попало туда не берут, ведь это это отборная группировка. Но и легенда у Томаса была не второсортная.
Так он получил в свое командование роту опаленных в схватках головорезов, собранных из разных расформированных частей, что были разметены в клочья в первых столкновениях с конфедератами.
Томас еще на шаг приблизился к реализации своих далеко идущих планов. Но предстояло еще немало потрудиться.
На строевой палубе «Титаниума» не хватало места: все командиры посчитали своим долгом промыть мозги солдатам перед предстоящей наступательной операцией. Даже возникла очередь на этот железный плац. Хотя большинство солдат было вполне довольно заминкой: перед боями лучше отлежаться – пусть даже в довольно тесных казармах.
Вентиляция на плацу не справлялась, и лица у всех были потные и изможденные.
– Так, убийцы, – хрипловато говорил Томас, проверяя готовность роты к первой боевой вылазке, – Я должен сказать вам прямо: моя рота после этой операции должна стать лучшей в группировке. Я настроен совершенно серьезно, и если кто-то чувствует собственную слабину – путь сразу подает рапорт и просится в интендантские части…
Томас выдержал паузу. Отправляться в тыл намерения никто не выказывал. Это не удивляло: в тех переделках, через которые прошли эти ребята, выживали только профессионалы. Все, что им было нужно – это возможность ходить с оружием в руках и стрелять в живых людей. Для них это, как наркотик.
– Я так и думал, – удовлетворенно произнес Томас, – Итак, в высадке на Эль-Кадифе мы должны проявить себя с самой лучшей стороны. Это не вовсе не означает – геройски погибнуть. В этом случае я не заводил бы с вами этого разговора. Геройствовать и гибнуть можете на своих подружках, а в бою мне нужен конкретный результат. Какие есть идеи?
– Перебить конфедератов к чертовой матери! Так, чтобы они даже опомниться не успели! – раздался из строя свирепый рык.
– Умная мысль! – усмехнулся Томас, – А, ну, кто этот смельчак?
Из строя вышел здоровенный детина с довольно угрюмым выражением лица.
– Ефрейтор Грей, пулеметчик первого класса, – отчеканил он.
– А, вот в чем дело! – улыбнулся Томас, – Это было отличное заявление – как раз в стиле пулеметчика первого класса! Так и поступайте с врагом. Всем брать пример с ефрейтора Грея! И, тем не менее – как сделать так, чтобы на роту обратило внимание командование?
– Разрешите? – хрипловато произнес другой голос, – Сержант Салазар.
– Говори, сержант.
– Насколько я вижу проблему, решается она просто: надо стать просто незаменимыми для командования.
– Поясни, сержант.
– Да все проще простого, мой капитан: война-войной, а начальство всегда интересуют трофеи. И чем богаче трофеи, тем ценнее в их глазах результаты войсковой операции. Это мое собственное мнение, если хотите. Сержантская интуиция меня редко подводит. А в сержантах я давно уже хожу….
– Мне нравится ход твоих мыслей, сержант.
– Рад стараться, мой капитан. Еще бы премиальные выдали, да по кружке рому к ужину – я вообще был бы в восторге.
– Так, рота, продолжать подготовку к высадке! Разойтись! Сержант, останься…
