С целью экономии она уволила двух управляющих, в которых сомневалась. Новым платила чуть меньше, потребовав неукоснительно увеличивать доход с земли. Думала, что те найдут способ заставить рабов удвоить усилия. Ещё продала двух рабынь по обслуживанию дома и ужесточила требовательность к оставшимся. И всё это давало надежду увеличить доход ещё на одну тысячу эскудо в год.
Она стала бывать в обществе, но одевалась скромно, с признаками траура. Ухаживания кавалеров принимала спокойно, расчётливо. Лёгкие интрижки уже интересовали мало.
– Когда же мы увидим в нашем кругу дона Висенте? – спросил однажды судья столицы, солидный идальго в возрасте, что был не прочь поволочиться за молоденькими женщинами.
– Он ещё не оправился от потрясения, дон Конгрехо, – спокойно, без тени на кокетство, ответила Габриэла. – Вы должны понять и простить дона Висенте.
– О да! Ещё бы, донья Габриэла! Зато вы с нами. Полагаю, что это для мужского общества куда приятнее, – судья многозначительно подмигнул.
Все знали о шашнях Габриэлы с хозяином дома семьи Руарте, и это давало повод вести себя с Габриэлей несколько вольно. Её это задавало, хотя не настолько, чтобы нервничать и обижаться. И теперь она выбрала для себя иное поведение.
Зато среди женщин она пользовалась очень дурной славой, и эта слава отдаляла её от их общества. Лишь две или три молодых сеньоры поддерживали с ней некоторые отношения. А донья Летисия почти дружила. Ей Габриэла могла слегка открыться в своих думах, хотя это было лишь малая толика возможного.
Несколько месяцев осторожных разведок дали Габриэле некоторое представление о тех идальго, на которых можно обращать внимание. Их набралось всего трое, и двое из них откровенно флиртовали, оспаривая первенство друг у друга. Это соперничество, однако, не перерастало в конфликты, что несколько огорчало молодую женщину.
– Очень хотелось бы посмотреть, как они оспорят передо мною своё первенство, – призналась она Летисии.
– Неужели это так приятно, Габи? Мне бы не пришло такое в голову.
– А мне нравится старинный рыцарский обычай, Лиси! Это так горячит кровь! Даже поединок одного выродка с моим братом доставил мне удовольствие. Но и страха за брата. Так захватывающе всё происходило! Дух перехватывало!
– Как можно так говорить, Габи? А ты не говорила мне про это. И что это за «выродок», как ты его назвала? И кто победил?
– Я сразу была уверена, что брат проиграет. И это ещё сильнее волновало грудь. Сколько чувств сразу пережила тогда!
– Что дало тебе так думать? – удивилась подруга. – Ты того сеньора хорошо знала? Расскажи!
Габриэла неопределённо пожала плечами, но всё же ответила:
– Знала, конечно! В какой-то мере всё и произошло из-за меня, Лиси.
– Как интересно! Это тайна? Жутко интригующе!
– Тайна, о которой мне не хочется распространяться... даже с тобой.
– Ну, прошу тебя, Габи! Я сгораю от любопытства и возбуждения! Он хороший был любовник?
Габриэла бросила мимолётный взгляд на подругу. В глазах можно было подметить проблески страха и неуверенности.
– Не проси, Лиси! Я не могу этого сделать. Прости.
Подруга немного обиделась, но настаивать не стала. Зато вскоре в обществе поползли слухи и сплетни о таинственном воздыхателе Габриэлы. Сама Габриэла ничего не поясняла, загадочно усмехалась, давая пищу для дальнейших пересудов и сплетен. Это хоть как-то разнообразило довольно скучную жизнь Габриэлы.
– Габи, – приставала Летисия к подруге, – почему ты не устраиваешь приёмов в своём доме? Это было бы так интересно!
– Не забывай, что в доме ещё траур. К тому же я только распоряжаюсь теми средствами, которые пока не принадлежат дону Андресу. А их не так много. Приходится довольствоваться малым. Это так унизительно, Лиси! Я постоянно в плохом настроении из-за этого.
– Я не считала дона Висенте таким прижимистым.
– Ты не знаешь стариков! А после кончины доньи Анны он и вовсе застыл в своей скорлупе, спрятался, что краб в раковину. Даже выглянуть не хочет. Всё ждёт приезда сына. Это меня угнетает, дорогая!
Очень скоро Габриэла отдала предпочтение одному идальго, по её сведениям, весьма богатому и большому любителю женщин и флирта. И по этому поводу говорила своей подруге Лиси:
– Меня вполне устраивает его непостоянство.
– Я тебя не понимаю, Габи! Это так непохоже на общепринятое!
– Мне от него нужно только несколько дорогих подарков. Уверена, что я легко этого добьюсь, а потом он сам остынет к нашему обоюдному согласию.
– Ты меня удивляешь, Габи! Что тебя толкает так поступать?
Габриэла мило улыбнулась. Открывать все карты не входило в её намеренья. Потому заметила неопределённо:
– Пока ничего не могу тебе сказать, милочка. Сама ещё не всё поняла в своей жизни. Но деньги, на мой взгляд, самое ценное в жизни.
– А любовь? А счастье совместной жизни с любимым человеком? Разве это тебя не привлекает, Габи? Я бы многое отдала за такое!
– Нет, я так не считаю. При больших деньгах я смогу создать для себя любую жизнь. В том числе и счастливую.
Летисия задумалась, потом е сомнением покачала головой.
– Не могу с тобой согласиться, моя дорогая Габи! Это не для меня.
