Лакей, импозантный негр с очень чёрной кожей лица, провёл их в залу, уже заполненную наполовину разодетыми женщинами и мужчинами, многие из которых ничем не отличались от знати города. Но мелькали и явно чувствующие себя не в своей тарелке.
Дон Мануэль с любезной улыбкой приветствовал дона Орасио, поцеловал руку Габриэлы, отпустив вполне приличный комплемент.
— Очень приятно вас видеть, дон Орасио, со своей… подругой. Я польщён!
— Не смущайте мою даму, дон Мануэль. Она и так не решалась пойти сюда.
— Пустое, донья Габриэла! Мы люди простые, без тех, ваших условностей! Я прошу чувствовать себя, как дома. Это доставит мне истинное удовольствие.
Дон Мануэль отошёл от них. Габриэла наклонила голову к Орасио, прошептав с тайным смыслом:
— Этот дон Мануэль весьма приятный сеньор. И манеры у него ничем не отличаются от обычных в нашем кругу.
— Я говорил тебе об этом, Габи. Тут достаточно достойных людей. С дамами похуже, но некоторые из них тоже достойны всяческой похвалы.
Слуги разносили на подносах вино и холодные напитки. Всё было очень дорого, и Габриэла не могла скрыть удивления, видя это великолепие, ничего общего не имеющее с аристократизмом грандов. Ещё больше удивило её присутствие здесь первого секретаря и помощника губернатора дона Глисерио де Мелеро.
Ещё больше удивилась Габриэла, когда ей представили испанского вельможу, недавно приехавшего из Севильи по важным делам Индий. И хотя этот пожилой невзрачный сеньор очень ей не понравился, однако сам факт говорил о многом.
Музыка гремела с балкона. Молодёжь танцевала и Габриэла вдруг почувствовала себя свободно и даже весело. Было приятно иметь успех у кавалеров. Те постоянно добивались у Орасио позволения потанцевать с нею, что тот изредка разрешал, доставляя удовольствие Габриэле.
Гости помаленьку прибывали. Их уже никто не представлял, и они самостоятельно вливались в живописную толпу подвыпивших людей.
Многие часто удалялись в дальние комнаты, и на вопросительные взгляды Габриэлы Орасио заметил с лёгкой улыбкой:
— Там они оговаривают свои дела, милая Габи. И мне пора уединиться, если позволишь, дорогая.
— Деловой разговор? Конечно, мой милый Орасито! Это ведь главное, что нас сюда привело. Не так ли?
Орасио благодарно улыбнулся, кивнул и поспешно отошёл к двум сеньорам, тихо беседовавших о чём-то своём. Габриэла проследила взглядом дона Орасио и повернулась на голос, показавшийся ей очень знакомым.
— Господи! — воскликнула она, чуть ли вскрикнув от удивления и неожиданности. — Ты? Откуда тут?
— Столько вопросов, донья Габриэла? — Хуан улыбнулся неопределённо и добавил с интересом: — Я тут естественно, а вот ты как здесь оказалась? С кем ты, если не секрет? Ведь не одна ты здесь!
— Боже! Я никак не могу прийти в себя! Ты наконец вернулся! Где ты пропадал столько лет?
— Разве ты меня ждала, Габриэла? — Хуан напряжённо всматривался в её лицо, словно впервые увидел.
Габриэла смешалась, не находя ответа, достойного её. Хуан продолжал с нескрываемым интересом и даже наглостью, рассматривать её. Она так и не ответила, продолжая молчать, и растерянность проступала на её то бледнеющем, то краснеющем лице.
— Можно подумать, что ты обескуражена нашей встречей, — продолжал он наступать. — Ты тут надолго?
— Нет, нет! Я скоро возвращаюсь домой. В Сан-Хуан! Я тут у родственницы моего тестя, дона Висенте де Руарте.
— Ты замужем? И кто твой муж?
— Господи, ты забросал меня вопросами, Хуан! У меня голова пошла кругом. Сам-то ты ничего мне не говоришь!
— Просто у меня несколько иначе всё происходило, Габи. Меня захватили пираты, и я оказался в Индии, где провёл больше двух лет, пытаясь вернуться домой. И это наконец мне удалось.
— К своей Эсмеральде? — коварно спросила Габриэла и пытливо смотрела в его глаза, которые он не отвёл. Улыбнулся и ответил даже весело:
— К кому же ещё? Только она меня ждала.
— Она же исчезла из города. Как ты её нашёл? Хозяйка сказала?
— Значит, ты её искала? Зачем?
— Сейчас мне трудно ответить на этот вопрос, — с грустным выражением лица ответила Габриэла. — Я потом и сама долго искала на него ответ. Признаюсь, хотела мстить. Потом просто хотела поговорить, узнать её и ближе познакомиться. Всё же сестра. Словом, я до сих пор не могу с этим по-настоящему определиться. И все же, как ты её нашёл?
— Она оставила мне записку в укромном месте, где и хозяйка не смогла бы её обнаружить. Приехал и нашёл.
— Где же она живёт, если не секрет?
— Как раз секрет, Габи. Она не хочет с тобой встречаться. Её можно понять. Несмышлёная девчонка, одна, без поддержки, без родных. Даже ты испугалась бы в таком положении.
— Ты тоже боишься меня? — спросила Габриэла, вложив в эти слова очень много скрытого смысла.
Хуан взглянул на Габриэлу уже другими глазами. Что-то горячее шевельнулось в животе, сердце дрогнуло и участилось. Понял, что Габриэла это заметила, и новый толчок в груди отозвался нарастанием волнения.
— Ты не сказала, с кем ты здесь.
