— Капитан явился, — проговорил Аннибал с неприязнью. — Пошли, я тебя представлю. Может, договоришься. Если деньги есть. Его зовут Кайо Виана. Не очень язык распускай при нём. Может и в зубы дать.
Хуан кивнул и они вышли на палубу. Капитан уже стоял там, видно было, что он изрядно навеселе.
— Сеньор капитан, — подошёл к тому Аннибал. — Хуан де Варес просится на корабль пассажиром или лекарем. Не возражает и матросом.
— Гм! Этого ещё нам не хватало! С какой стати он на борту?
— Сеньор капитан, — поспешил вставить слово Хуан. — Я не стану обузой на борту. Я много умею и смогу быть полезным вам. Готов заплатить, хоть денег у меня маловато.
— Заплатить? Лекарь? Это хорошо! Это может пригодиться. Сколько заплатишь за переход?
— А сколько это может стоить, сеньор капитан?
— Ну шельма! Хочешь по зубам получить? Это можно! Сколько? Аннибал, ты можешь назвать сумму? Ну? — и он рыгнул, покачнувшись на широко расставленных ногах.
— Думаю, трёх золотых хватит, сеньор капитан, — отозвавшись, Аннибал подмигнул Хуану. — Он же и лекарем будет. И от работы матросом не отказывается.
— Угу! Быть по сему. Гони три монеты и приступай к работе, — и капитан грузно пошагал по палубе к каюте на корме.
Хуан проводил капитана взглядом, повернулся к Аннибалу.
— Когда в море выходите?
— Как воду загрузим с провиантом, так и отвалим.
— Сколько времени рассчитываете пробыть в море?
— Это только Господь знает, приятель. У нас судно старое, тихоходное. В трюме полно чёрного золота. Трудно сказать. Но не меньше месяца.
— Что ж. Выбирать не приходится. Я вернусь завтра к вечеру. Нужно на прежнем судне расчёт получить, вещи собрать, с товарищами проститься. Больше наши дорожки не пересекутся
Аннибал кивнул в знак согласия, пожал руку и махнул рукой.
Хуан несколько раз кричал лодочнику. Он появился, с опаской поглядывая на зловонный корабль.
— Договорился, — молвил Хуан, ступив на палубу своего судна. — Завтра к вечеру перееду.
Монтейро с сожалением скривился, заметив:
— Лишь бы хуже не было, Хуан. Желаю благополучно добраться до своего острова. И смотри в оба, приятель.
Капитан долго уговаривал не покидать судно.
— Нет, капитан. Я уже настроился. А из Португалии ещё нужно судно разыскать. Скорей всего ничего с этим не получится. Придётся ещё в Испанию ехать и уже оттуда отправляться домой. А с деньгами дело плохо.
И тут Хуан вспомнил аферу купца из Кочина. Он заволновался, поняв, что кроме четырёх дукатов за время плавания он может получить много больше.
Он вышел на палубу и долго раздумывал, смотрел в чёрную воду и никак не решался на определённый шаг. С кого стащить деньги? Выдать ли Никосио или припугнуть его самого, получив откупного?
Лишь к полудню он решил всё же обратиться к суперкарго.
Жуткая жара всех загнала в тень. Ветра почти не ощущалось. По доскам палубы невозможно было ходить босиком, а в обуви ноги так распаривались, что спасу не было. Хуан заглянул в душное тесное помещение суперкарго. Там было хоть и душно, но не так жарко.
Никосио удивлённо глянул на лекаря, спросил настороженно:
— Чего надо, Хуан? Я собрался прилечь. Жара смертельная! Хоть бы поскорей в открытое море выйти. Садись на койку.
Хуан сел, помолчал, и, словно бросаясь голевой в ледяную воду, сказал:
— Мне нужны деньги. Я хотел бы получить у тебя десятка полтора золотых. Что скажешь?
— Ты что, белены объелся? Ты же уходишь на другое судно! Когда отдашь-то?
— Никогда, Никосио. Мы просто больше не встретимся.
— Знаешь, Хуан! Ты просто спятил! Иди отсюда, пока не схлопотал!
— Не кипятись. Эти деньги я легко могу получить у капитана. Но ты после этого окажешься в тюрьме. Или тебя капитан просто выбросит за борт. Несчастный случай. Обычное явление в море.
— Точно спятил! Уйди, а то терпение моё лопнет!
Суперкарго встал с угрожающим видом.
— Погоди, погоди! Я уйду, но ты уже должен догадаться, о чём речь! О грязной сделке с купцом в Кочине. Или ты хочешь, чтобы я всё рассказал капитану? Это мне будет очень легко. И получу я от него куда больше. Согласен ты, мелкий мошенник?
Никосио уже замахнулся кулаком, но перед ним блеснула сталь кинжала.
— Сядь и выкладывай пятнадцать золотых.
Хуан поиграл кинжалом, не сводя с суперкарго настороженных глаз.
— Где уверенность, что ты после этого не донесёшь капитану, сволочь?
— За сволочь набавляю два золотых, Никосио. И поторопись, прошу тебя.
— Ну и по… — он осёкся, заметив готовность Хуана открыть рот. — Ладно! Чёрт с тобой! На этот раз ты обыграл меня. Но дальше я… — он не закончил. С окаменевшим лицом он стал рыться у себя в сундуке.
Хуан слышал, как тихо звякают монеты. «Считает, — подумал Хуан. — Очень жаль расставаться с кровными!» — Хуан внутренне усмехнулся.
— Вот, возьми! И больше не появляйся мне на глаза! Проваливай!
Хуан неторопливо пересчитал монеты. Ровным голосом сказал:
— Ровно семнадцать маленьких монеток. Все правильно. Пока, мой друг! — поднял руку в приветствии и удалился, тихо прикрыв дверь.
До вечера оставалось уже недолго.
