Я вышел из зала и привалился спиной к закрывшейся двери.
— Хреново, — буркнул Тайо.
— А? — посмотрел я на него.
— Насчёт Алеф.
Наверное, в реальности я просто обратился в статую. Тогда как внутри меня кипела жизнь. Мысли упрямо выстраивались в цепочку.
Да, я облажался, как только мог. Хуже только окончательно просрать сроки и обречь мир на гибель без шанса на сражение. Но до этого ещё далеко.
Если подумать, что ещё мне нужно?
Многое. Логика стержня всё ещё висит. Чтобы добиться нужных результатов, я наворотил там слишком много слоёв. И в результате получилась монструозная машина, разобраться в которой не сумеет никто, кроме меня.
Хранители — пять кукол, помещённых на верхний ярус — предполагались всеведущими. Однако я не успел замкнуть на них порядка сорока процентов контуров. У них сейчас больше вопросов, чем ответов. Единственное, чем они отличаются от избранного с первого уровня — их вопросы основаны на большем знании, а значит, ответить на них практически невозможно.
Хранители знают, что их мир мёртв. И видят, как снова и снова появляются в стержне их сородичи, чтобы вести ту же войну, что и все остальные. Откуда?!
Как им ответить? Для них нет ответа. Но если тот же вопрос задаст мне Тайо, я отвечу, не задумываясь. Избранные «нашей» расы берутся из прошлого. Из того времени, когда верхний мир ещё не был затоплен «Гнилью». И — да, это моя лажа, от и до. Я не знал, как ещё замкнуть нужный мне контур, и создал такое вот колесо.
И это колесо крутится.
Будь у меня неделя, я бы сделал по-другому, я бы дал Хранителям знание, объясняющее реалии. Но теперь они — лишь куклы, единственная функция которых — помочь нам победить. Подсказать метод, как заманить Корень Зла в ловушку и прикончить.
Проблема в том, что они могут не захотеть помогать, если у них возникнут подозрения, что их родимое Место Силы — нечто несоизмеримо большее, чем казалось.
Там проблема, тут проблема… По отдельности — ерунда, но если всё это свалится скопом, сразу — тогда беда.
Если на одну чашу весов сложить все проблемы, а на другую — шансы, то проблемы рванут вниз с такой скоростью, что шансы взлетят и размажутся по потолку.
А самая основная проблема в том, что никто ещё не знает, что я хочу сделать.
— Эй! — Тайо махнул рукой у меня перед лицом. — Ты здесь?
— Сколько ей осталось? — спросил я.
— Алеф? Не знаю. Она плоха, Виллар. Очень плоха…
— Примерно! — застонал я. — У меня есть сутки?
Я планировал отоспаться эти сутки. Сон был мне нужен, как воздух. Но, видно, не судьба.
— Нет такой уверенности, — сказал Тайо.
