Карли вспомнила комментарий Говарда о дырах в штукатурке.
— Стены, должно быть, выглядят сейчас голыми. У меня нет картин, чтобы повесить.
— У Талии их было не много. Некоторые были постерами с концертов, которые для меня ничего не значили и… — она пробежалась глазами по комнате, на ее губах расцвела улыбка, когда она указала пальцем на одно место. — Там было огромное полотно с изображением скрипичного ключа. И одна из моих фотографий, которую она повесила в рамку и разместила там.
Карли нахмурилась.
— Тогда для чего были все эти дыры?
— Я не знаю. Где они были?
Она указала на длинную стену.
— Говард сказал, что их пришлось залатать, прежде чем покрасить квартиру. Он подумал, что это может выглядеть как арт-галерея, так их было много.
— Не галерея, а… — она проковыляла вперед пару шагов на костылях и посмотрела в сторону квартиры Нейта. — Она имела привычку прицеплять при помощи «Блю Тек» Blu Tack — многоразовая пластилиноподобная липкая масса, выпускаемая компанией Bostik, используемая для закрепления легких объектов.
нотные листы к стенам. Обычно несколько страниц, там, где практиковалась, так что она могла читать их, не переворачивая страницы. Там, — Брук подняла костыль, указывая им вдоль штукатурки, еще одна улыбка появилась на ее губах. — Верно, последние несколько раз, как я была тут, страницы тянулись всю дорогу до коридора. Я думаю, что была даже парочка рядом с входной дверью.
— Страницы с музыкой? — спросила Дакота, присоединяясь к ним с чашкой шоколадок.
— Да, — Брук взяла обертку. — Она сказала, что изучает сложный фрагмент, и что ей помогает, когда музыка все время перед ее глазами.
— Странно. Карли? — Дакота протянула чашку.
Она взяла одну, шоколад плавился у нее на языке, пока она представляла, как Талия приклеивает свои страницы: комкает пластилин, прижимает руки к стенам. Простукивает штукатурку… как и Карли, толкает и стучит, ищет вход внутрь.
— Говард сказал, что были и другие дыры, побольше.
Она соединила вместе большие и указательные пальцы, как делал Говард, чтобы продемонстрировать насколько большие.
— О, да. Здесь.
Брук быстро ударила резиновым концом костыля в воздухе, будто они могли так появиться.
— Талия говорила, что пыталась найти место для крючка. Хоть, дыра и была низко, и мы пошутили, что она сделала ее, практикуя кикбоксинг. Она прикрыла ее листом с нотами ради смеха, ну знаешь, ведь ей бы пришлось встать на колени, чтобы прочитать его.
— Была еще другая большая дыра в лофте, — сказала Карли.
— Правда? — засмеялась Брук. — Руки Талии рождены для струн и смычка, а не для молотка и гвоздей, — как только слова сорвались с ее языка, улыбка увяла. — А теперь она не может использовать их вообще.
Карли хотела спросить больше, например, когда Талия продолбила дыру? Зачем она искала место для крюка так низко на стене? Она волновалась из-за безопасности. Но Брук поджала губы в тонкую линию, и она отвернулась, спросила Дакоту, налила ли та напитки. Да какое право Карли имела просить Брук погружаться в ее грустные мысли.
* * *
— Я не уверена, что бурбон и ножницы – хорошее сочетание, — уведомила Карли.
Дакота приподняла прядь волос и щелкнула.
— Нет никаких законов, запрещающих распитие и стрижку.
Она достала Большой длинный список и пригласила Брук присоединиться помочь с сортировкой. Еще десять профессий были вычеркнуты, а несколько напитков растянулись на целый вечер.
Брук и Дакота обменялись номерами телефонов, прежде чем первая ушла, слегка пошатываясь на своих костылях.
— Напиши мне смс, когда доберешься домой, — крикнула Карли из входной двери, — чтобы мы знали, что ты еще раз не упала с лестницы.
Было уже одиннадцать часов, когда Карли нашла подушку и одеяло для Дакоты и оставила ее спать на диване. В ванной комнате, она высыпала таблетку снотворного на свою ладонь, задумавшись о ней, как и делала каждую ночь с тех пор, как купила их. Она прошла через все за и против сегодня вечером: она хотела поспать, пока Дакота была здесь, но бурбон и седативные были плохим сочетанием. Затем последовали привычные аргументы: она не была уверена, что от того, что она вырубится, к ней не придет с визитом мужчина в черном, или, что она не убьет себя падением с лестницы, если будет передозировка, и, что может быть безопаснее, если она сможет проснуться. И девушка бросила таблетки в раковину.
* * *
Карли резко распахнула глаза от тревожного темного чувства, горящего в груди. Она повернула голову, всмотрелась в темноту. С приглушенным стуком она вскочила на пол и стала скрытно двигаться по комнате, пол холодил ее ступни, свет ночника освещал лестницу.
У перил, она всмотрелась в пустоту по другую сторону, пространство, казалось, бомбардировало ее страшными картинками: фигура, склонилась над ней, кровь, лужицей собралась вокруг головы, дыры в стенах.
Звук, напоминающий вздох.
— Дакота? — тихо позвала она.
Ответом послужил быстрый, тихий стук. От этого кожа на голове у Карли стала покалывать, ее разум пробежался по сценариям: кто-то пробрался внутрь, вышел, нашел Дакоту, причинил ей вред.