Восхищение в его голосе пробудило в Вирджинии воспоминания о ее первом полете, о том всплеске адреналина от всего этого великолепия. Хоть ее любовь никогда не ослабевала с того дня, она начала воспринимать как должное чудеса ловкости.
Они жевали сэндвичи и наблюдали, как прибывали самолеты. Выросший в Коннектикуте, единственный сын инженера, Тез объяснил, что это было самое его любимое времяпрепровождение с покойным отцом.
Вирджинию грело осознание того, что он захотел поделиться с ней, но затем она задалась вопросом, скольких девушек он приводил сюда и обрабатывал точно той же историей. Возможно, что и цветы с зашифрованным приглашением были не такими уж и необычными, как она думала.
– Судя по всему, это твое обычное место для свиданий? – спросила она.
Он изогнул бровь, пытаясь расшифровать смысл ее слов, и покачал головой.
– Я постоянно прихожу сюда, но с кем-то еще – впервые.
Озорство исчезло из его взгляда, сменяясь искренностью.
И все же она оставалась настороженной.
– А почему ты решил, что я не надеялась на шикарный вечер в городе? – спросила она.
Он покосился на ее одежду, как будто напоминая Вирджинии о ее будничном внешнем виде, и пожал плечами.
– Всегда, когда я тебя встречал… мне казалось, что ты из тех, кому бы понравилось здесь.
Она обдумала его слова и кивнула. Правильная догадка.
Остаток вечера они провели, наслаждаясь наблюдением за взлетами и посадками ночных тренировочных полетов и узнавая больше друг о друге. Тез накинул на Вирджинию свое одеяло, чтобы ей стало потеплее, для чего им пришлось сесть рядом на ее покрывало. И она была только рада этому.
Когда наступило время уходить, Тез взял ее за руку и повел обратно. Он держал ее так нежно, что, казалось, одно легкое движение – и ее рука выскользнет. Перед расставанием не было никаких прощальных поцелуев – лишь приглашение на следующее свидание. Вирджиния согласилась, на этот раз без опасений. А затем она скрылась в дверях казармы, где ее ждала Милли с обстоятельным допросом.
Вскоре после этого последовало второе свидание, за ним – третье и четвертое, пока Вирджиния не потеряла им счет. Помимо любований самолетами они ели в местных закусочных, ходили на киносеансы в город и то и дело танцевали. Временами Вирджиния ощущала в Милли легкую зависть – вполне понятную реакцию. Но приглашение иногда к ним присоединиться, казалось, решало эту проблему.
Их рабочие графики не всегда совпадали. Но от этого каждая минута, которую Вирджиния и Тез провели вместе, каждый поцелуй и объятие становились в десять раз желаннее.
А затем, в сентябре, Тез узнал, что его посылают в Аризону испытывать новые модели самолетов и что он не вернется целых два месяца. Конечно, Вирджиния понимала, что работа для нужд фронта была в приоритете, но от мысли об их долгом расставании больно стискивало грудь.
В их последний день ей поручили буксировать мишень на «P‐40», давая возможность наземным войскам отрабатывать стрельбу. Но она пожаловалась на плохое самочувствие и освободила день.
Украдкой, чтобы ее никто не увидел, она добралась до рощи возле аэродрома. Она прибыла на их обычное место как раз вовремя, но Теза нигде не было видно. Стоявший в отдалении «A‐24», взревев двигателями, выкатился на взлетно-посадочную полосу.
Могли Тезу назначить ранний вылет? Мог он в таком случае не сообщить ей об изменении? Горло сжалось, не позволяя сделать выдох.
Что-то белое упало сверху и задело ее щеку. Она вздернула голову и увидела над собой руку, разбрасывающую лепестки. Это, без сомнения, были лепестки кизила. Она обернулась и, увидев Теза, вздохнула с облегчением.
– Глупенький, – легонько ткнула она его в плечо.
Он прижал ее ладони к груди; она отчетливо чувствовала под тканью его формы сердцебиение.
– Но ты же меня все равно любишь, – заявил он, и она подтвердила это, прижавшись своими губами к его губам.
Она была твердо намерена насладиться моментом, не думать о том, как сильно будет скучать или размышлять о своем страхе, что один из его испытательных полетов может закончиться катастрофой.
Когда они отдалились друг от друга, он прошептал:
– Идем за мной.
Ее не нужно было просить дважды – она улыбнулась и последовала за ним в рощу. На небольшой поляне лежало несколько одеял, расстеленных как обычно, но на этот раз там оказалась бутылка вина и букет из веток кизила в вазе.
– Ну и ну, лейтенант, – проговорила она. – Если бы я знала, что будет такое пышное мероприятие, я бы надела платье поприличнее. – Она присела, чтобы полюбоваться цветами, и заметила несколько свисающих карточек. – Да еще и любовные записки. Ты, должно быть, действительно боишься, что я уйду от тебя, пока тебя не будет.
Она подняла первые две карточки и прочитала: «Вирджиния» и «я».
Ключи были уже знакомыми, пока она не добралась до последнего: «Выйти за меня». Она мысленно разместила слова в правильном порядке и обернулась к Тезу, который уже встал на одно колено возле нее. У Вирджинии участился пульс, и мурашки побежали по коже. Она всматривалась в его глаза, пытаясь найти подтверждение того, что предложение было на самом деле.
