Она заметила меня первой, а вслед за ней головы ко мне повернули и остальные. И следом произошло то, чего я совсем не ожидал. Ребята по-настоящему обрадовались, всей гурьбой подступили ко мне. Юрец орал что-то радостное, девчонки ахали, я сразу попал в объятия Тани с Олей, а Генка радостно хлопал меня по спине. Два других члена команды были мне известны только заочно — они учились на другом факультете. Они просто стояли рядом и, не зная, что делать, улыбались. Нейроморф подсказал, кто из них кто — звали их Максим и Дмитрий.
Гена, распихав девчонок, обнял меня так крепко, что у меня хрустнули кости, а потом отошел и покачал головой:
— Это как вас там в больнице кормили? Ты в плечах шире меня стал, а был тощий как стручок!
— Да ладно? — ревниво не поверил Юрец, подошел и пощупал мне бицепс.
Я вздохнул — сговорились они, что ли? То Вова меня щупает, то Юра.
— А вы чего не на парах? — спросил я.
— Какие пары, старик? — воскликнул Генка. — Мы — единственная команда универа, пробившаяся через квалификационные раунды городского турнира! Нам сам ректор дал разрешение готовиться!
Юра, закончив тискать мой бицепс, вынес вердикт:
— Не, как был дохлым, так и остался. Ну… Может, немного поправился, а так…
Внезапно всем захотелось узнать подробности, а Юра сразу же предложил отметить мое выздоровление. Причем сейчас же, хотя было еще утро.
Я попробовал отказаться, но тут же подвергся атаке всей команды «брейнштормеров» и пообещал себе, что сегодня — ладно, но с завтрашнего дня с головой ухожу в учебу и поиски работы. Второе рождение наполнило меня бешеным желанием не терять времени. Посижу с ребятами — и домой, грызть гранит науки и впитывать терабайты видеолекций. На том и порешили. Только Генка попросил:
— Моть, ты подожди пару минут, мы еще один вопрос прогоним и пойдем. Хорошо?
Согласившись, я сел за парту и с интересом прислушался к вопросу Шелдона Максимуса:
— В пятидесятых годах двадцатого века вербовочным лозунгом военно-морского флота США была фраза: «Хочешь увидеть мир — вступай в военно-морской флот!» Вскоре среди американских пацифистов родился другой лозунг: «Вступай в армию, если хочешь увидеть мир, встретить много интересных людей и…» — Шелдон сделал паузу. — Закончите фразу.
Таймер начал отсчет с шестидесяти секунд. Ребята начали говорить одновременно, обсуждая версии.
— Пацифисты, пацифисты! — задавал направление обсуждения Генка.
— Ну, эти против войны, за мир, — выдал Макс.
— Подружиться с ними? — предположила Таня.
— Версия, — кивнул Генка. — Еще, еще!
— Слишком просто, — заявила Оля. — В чем подвох?
— Увидеть мир, встретить интересных людей и… — задумался Дима. — Обменяться значками? Влюбиться?
— Ага, ты еще скажи «трахнуть», — гоготнул Юрец.
— Версия, — записал Генка. — Четыре версии: подружиться, обменяться чем-то, влюбиться, заняться любовью!
— Точно! Занимайтесь любовью, а не войной! — воскликнула Оля. — Это был их лозунг!
— Осталось три секунды! — постучала по столу Таня.
Из любопытства я решил проверить, сработает ли моя Эрудиция в поиске ответа на такой вопрос. М-энергии хватало, и через мгновение я получил ответ. И не сдержавшись, выкрикнул:
— Убить их!
— Что? — не понял Генка.
— Время вышло! — громогласно объявил ведущий и повторил вопрос. — Ваш ответ?
— Отвечает Матвей, — вдруг заявил капитан. — Давай, Мотя, жги!
— Э… — От неожиданности я затупил на пару секунд, но собравшись, ответил: — Наш ответ: убить их.
— И это… — торжественно протянул Максимус, искоса поглядев на меня, словно мог действительно хоть что-то видеть, будучи простой голограммой. — Правильный ответ! «Вступай в армию, если хочешь увидеть мир, встретить много интересных людей и убить их». Вы ответили верно на шестьдесят три процента вопросов, что является тридцатым показателем в текущем рейтинге города, четыреста восемьдесят шестым в рейтинге страны, шесть тысяч…
— Закончить игру! — объявил Генка.
Максимус попрощался и скрылся в недрах смартфона. Капитан спрятал его в карман джинсов, ухмыльнулся и спросил:
— Ну что, идем праздновать?
— Идем! — закивали остальные и, с шумом сдвигая стулья и парты, поднялись.
Мы направились к выходу из аудитории, и я ощутил, как мне на плечо опустилась тяжелая Генкина рука:
— Слышь, Моть, а ты молодец! Может, к нам в команду? Для начала запасным, а там посмотрим. Ты как? Ребята, думаю, против не будут, а призовой фонд стоит того, чтобы побороться…
— С удовольствием, — обрадовался я.
Попасть в университетскую команду по «Брейншторму» — это же сбывшаяся мечта! Раньше меня туда никто и не подумал бы взять, из-за косноязычной речи я слыл тормозом. К тому же это повысит мою ценность для ректората, а значит и шансы остаться в универе.
— Я за! — подняла руку Таня.
— Я не против, — поддержала ее Оля. — Я даже всеми руками за!
Она вдруг потрепала меня по волосам:
— Мотька! Как же я рада, что ты выздоровел! Ты большой молодец!
Я почувствовал, что тону в глазах нашей Оли. В них я увидел искреннюю радость за меня. И теплоту.
