Самое странное, что я не знаю, почему столь упорно продолжаю делать эти ментальные тренировки, посоветованные мне Конфуцием. Возможно, таким способом я заставляю самого себя поверить в то, что еще не все потеряно, что какое-то подобие справедливости может существовать в этом мире. А возможно, я просто пытаюсь хоть как-то себя развлечь. Не знаю. Да и так ли это важно, на самом-то деле?
Идет шестой день моего плавания по Тейну на корабле судоходной компании «Ливе Манроуз и ко»... ну, или как там называется то, что инквизиторы имеют возможность запрашивать в свое распоряжении быстроходные суда, мчащие тебя прямиком в объятья суда. Корабль этот чем-то напоминает паровое судно, однако движется не за счет пара, а за счет какой-то иной субстанции — в детали я не вдавался, да и вряд ли кто-нибудь согласился бы рассказать мне все подробности. По идее, я должен сказать Ливе спасибо хотя бы за то, что меня не посадили в какой-нибудь ящик в трюме, а предоставили отдельную каюту с окошком. Более того — с меня сняли наручники и даже исправно кормили; похоже, инквизитора не на шутку впечатлили мои действия на пристани Гусиной Гавани.
Поднявшись с пола, я принимаюсь разминать уставшие от регулярных тренировок мышцы, чувствуя при этом что-то вроде приятной усталости. В какой-то момент мой взгляд скользит в сторону круглого окна над койкой, и я замираю, разинув рот. Затем медленно, словно опасаясь вспугнуть приятный сон, делаю пару шагов вперед и припадаю взглядом к стеклу. Последние пару дней мне уже доводилось лицезреть встречавшиеся на пути города, куда более внушительные, чем Гусиная Гавань. Но то, что я вижу сейчас, не идет с ними ни в какое сравнение.
Тальданор.
Столица Первого Доминиона.
Я вижу ее издалека и лишь частично, но даже так вид города ошарашивает меня. Первое, что бросается в глаза — это не просто высокая, но поистине гигантская белокаменная стена, опоясывающая город (в том числе и со стороны воды). Сколько она в высоту, метров сто? Нет, явно больше — сто пятьдесят, а то и все двести. Стена усыпана бастионами и башнями, похожими на серебристые свечи; на их вершинах реют флаги и знамена, три черных коронованных орла на бело-голубом фоне. Тальданор расположен на гигантском холме (может, даже небольшой горе), так что весь город со своими высоченными зданиями планомерно поднимается чуть ли не к облакам. На вершине холма, за еще одной стеной (на этот раз темно-металлического цвета), возносится к небесам комплекс гигантских зданий. Я вижу высоченные статуи, вижу здания, похожие на храмы, и, вишенкой на торте, подпирающую небосвод цитадель. Скорее всего, она называется как-то по-другому, но, увы, у меня под рукой сейчас нет экскурсовода. Впрочем, даже порт Тальданора пестрит величием и роскошью — я вижу сотни гигантских кораблей, подобных нашему, вижу выдающиеся глубоко в воду волнорезы, а также ряд оснащенных артиллерийскими орудиями равелинов. В небе над столицей застыли несколько дирижаблей, напоминающие гигантских драконов, позирующих для художника.
От созерцания красот Тальданора меня отвлекает скрип дверной ручки. Я оборачиваюсь, чтобы увидеть зашедшего ко мне в каюту Ливе Манроуза. Что меня удивляет, так это шахматная доска, которую тот притащил под мышкой.
— В это трудно поверить, — произносит Ливе, посмотрев в сторону окна, — но говорят, что до гражданской войны Тальданор выглядел еще прекраснее. Но несколько лет кровопролитных сражений разрушили город почти что до основания, так, что потом с трудом удалось воссоздать его подобие. Хотя, если честно, думаю, все это брехня — из разряда, что раньше всегда было лучше.
— Наверное, так и есть, — говорю я, не зная, что еще тут сказать.
Инквизитор кивает и достает доску.
— Нам скоро придется расстаться, мистер Грэй — так почему бы напоследок не сыграть? Только на этот раз без форы. На равных.
Я пожимаю плечами, как бы говоря «почему бы и нет». Тем более, что развлечений у меня совсем не много. А если постоянно совершать в уме арифметические операции, можно и с ума сойти. По крайней мере, последней ночью мне уже начали сниться примеры, в которых я был вынужден делить на ноль. Кажется, я даже проснулся в холодном поту и долго не мог уснуть. Чертова математика.
Мы садимся на пол, быстро разыгрываем цвет — мне достаются белые — и принимаемся расставлять фигуры. Ливе выглядит уверенно. Он одет в черную с серебристым мантию и шляпу с вороньим пером — жених на выданье, не иначе. Любопытно, кстати, инквизиторам Альянса можно жениться? Или, вступая на службу, они обязаны принимать целибат? В очередной раз я убеждаюсь в том, что, по сути, ничегошеньки не знаю о стране, в которой меня угораздило очутиться.
