Кирк продолжал: «Помню, когда впервые услышал риф к Damage, Inc., я подумал, – вау, так просто и так эффектно. И должен сказать, одна строка – «Честность – мое единственное оправдание» – она просто прекрасна, но она была навеяна Thin Lizzy и их треком с Shades of a Blue Orphanage». Однако Кирк снова не совсем прав: песня, на которую он ссылается, Honesty is No Excuse, не из Orphanage, а из одноименного дебютного альбома Thin Lizzy, в котором солист Фил Лайнотт заканчивает куплет строкой Honesty is my only excuse («Честность – мое единственное оправдание»). В чем Кирк абсолютно прав, так это в том, что для Master of Puppets характерны «всевозможные странные музыкальные влияния, включая короткий гитарный пассаж в конце куплета Disposable Heroes, который стал попыткой гитариста сделать военный марш. «Как волынка или что-то вроде того. Я смотрел много военных фильмов, пытаясь найти что-то, звучащее как призыв к оружию. Как что-то, что сыграл бы волынщик, когда они пошли на войну. Я не нашел ничего и придумал вот это». Он смеется. Некоторые влияния были более очевидными, как, например, акустическое интро к треку, который открывал альбом – Battery, – другая намеренная попытка создать нечто «похожее на Эннио Морриконе», но по-прежнему сохраняющее некоторые настоящие аккорды из последующего трека.
Итак, материал был практически готов, и группе необходимо было найти студию, на которой его можно было бы записать. С Флеммингом Расмуссеном на борту теперь в качестве сопродюсера Ларс с удовольствием вернулся бы в Sweet Silence в Копенгаген, но остальные не хотели. Хватит уже холода и снега – протестовали калифорнийские мальчики – давайте запишем альбом где-нибудь в теплом и солнечном месте, даже если это будет означать Лос-Анджелес, который они так презирали. Итак, Флемминг прилетел в Лос-Анджелес и провел с Ларсом две недели в июле, разъезжая по окрестностям на машине Lincoln town с водителем, оплаченным Elektra, и выбирая студии. «Машину арендовала записывающая компания», – протестовал Ларс с красным от смущения лицом, когда столкнулся с журналистом, и тот в шутку спросил, не рок-звезда ли он теперь. «Мы об этом не просили!» Но именно в рок-звезд Ларс Ульрих и Metallica быстро превращались – к тайному восторгу их барабанщика.
Проблемой, как вспоминает Расмуссен, было найти в Лос-Анджелесе студию, которая могла обеспечить необходимую настройку барабанов. «У нас было огромное складское помещение в задней части [Sweet Silence] с действительно большой деревянной комнатой, в которой была необходимая акустика. Там мы завершали сборку барабанов для [RTL]. Нам нужна была [подобная] огромная комната для записи барабанов [на Master of Puppets], поэтому мы ездили по округе в поиске студий». Не сумев найти то, что искал, Ларс вернулся к группе и снова предложил записаться на Sweet Silence. Что действительно качнуло маятник, вспоминал Кирк, так это то, что курс доллара был таким, что запись альбома в Дании выходила значительно дешевле, чем в Америке, что впервые позволяло им не торопиться с работой в студии. «К тому же у нас в прошлом неплохо получилось с Ride the Lightning, и мы знали студию и людей, которые там работали. И это имело значение. Мы действительно хотели быть там, где не было столько отвлекающих факторов. По крайней мере, для троих из нас – Ларс все время где-то болтался!»
