У меня появился 'хвост'. Хвост был серокожим, синеглазым, и очень немногословным мужчиной. Ян Коваль появлялся ниоткуда и сопровождал меня по территории Академии. Чаще всего по вечерам, после работы в госпитале у Стайски, я находила его читающего лекции у входной двери. Если рядом не было синеглазого, то маячил, кто-то из оборотней его группы. Оказалось, что благодарить за это - я должна была своего профессора. Все попытки отказаться от подобного внимания привели к краху. Просьба знаменитого профессора, которого боготворили все военные, была выше любого приказа. Постепенно я стала чувствовать себя настоящим сыном полка. Периодические попытки побега, заканчивались провалом. Оборотни чуяли меня везде. Моя группа тихо хихикала, когда я была вынуждена во время вечерних занятий, приглашать дежурящих за дверью нашего класса оборотней вовнутрь. Потихоньку мне пришлось смириться. Неожиданно на наши дополнительные занятия стали приходить за разъяснениями артефактники и из других вечерних групп. Постепенно группа Яна и моя нашли между собой, очень много общего. Приязнь и приятие в нашей группе оборотней, убедило меня в отсутствии у простых людей презрения к другим расам. Как и предполагала, подобное было характерно для существ 'благородного' происхождения. Разобравшись, с понятиями кто, кому и почем, две группы стали проводить общие вечеринки отдыха на природе и в городе, чему конечно немало поспособствовало наличие в нашей группе женского начала, в количестве десяти душ.
* * *
Наше общение и посиделки привели к тому, что однажды на лекциях по истории я уговорила преподавателя дать мне подготовить доклад о недавних сражениях и битвах. Каково же было удивление студентов и преподавателя, когда я назвала имена знакомых героев Вестирксой битвы и впервые озвучила расу каждого из них. А затем, предложила преподавателю на следующее занятие пригласить этих людей сюда. Растерянный преподаватель, что-то залепетал о невозможности подобного, но я не зря просидела несколько дней над списками студентов и преподавателей Академии. Начала я со знаменитого имени заместителя ректора, декана боевого отделения архимага Зултана Тайта - известного всему миру мага огневика, затем назвала имя архимага Рогула Стайски - оборотня, нынешнего преподавателя целительского факультета, проведшего тысячи операций на полях сражений и спасшего не одну тысячу жизней. Были еще имена преподавателей, а затем пошли имена студентов, с первого по седьмой курс, учащихся сейчас в Академии.
Я называла имена и расу, а также событие и сражение, во время которого они отличились. Обратила внимание на то, что эти герои, которым мы обязаны спокойной мирной жизнью сегодня, живут и учатся рядом с нами, ходят в столовую и живут в общежитии. Что мы привычно смотрим на их военную форму и воинские лычки, которые они носят с гордостью, зачастую не вспоминая, что это их ордена и медали, которые они заслужили своей кровью.
Мой доклад слушали, почти целый час, не прерывая. А после лекции поднялся шум. Для многих явилось неожиданностью, что памятные всем на слуху имена героев, оказались существами, принадлежащими к презираемым расам. Я постаралась поскорее уйти, но один из высокородных снобов, попытался преградить мне дорогу в коридоре, что-то презрительно шипя в мой адрес. Мгновенно его голова откинулась назад от сильного удара. И высокородный маркиз, там в каком-то поколении, некрасиво шлепнулся задом. Вышедший в коридор преподаватель попытался вмешаться, но был остановлен мною словами:
-Кстати в продолжение доклада, представляю вам капитана имперских войск Яноша Коваля, героя двух войн, одного из двенадцати награжденных Орденом сияющего Краата, дающего звание потомственного дворянина.
Проговорив все, и оставив стоять всех в ступоре, спокойно ушла в столовую.
Ян догнал меня только в столовой.
-Объясни мне, что это было?
-Все просто, я на лекции читала доклад о Вестиркской битве. В этом году как раз исполняется девяносто лет.
-В деканате нашла списки участников сражений. На сегодняшний день в Академии учится семнадцать ветеранов. Я привела их имена в докладе, -
Вслед за пришедшим Ковалем, в столовую вбежала стайка девушек. Сев за соседний столик начали перешептываться и стоить гоблину глазки. Мне стало смешно наблюдать смущение, вечно невозмутимого старосты, не привыкшего к вниманию женского пола.
- Реклама - двигатель прогресса, - выдала непонятно откуда-то взявшуюся фразу.
-Так и чего нам еще теперь ожидать? - заворчал рассерженный гоблин.
-Видишь ли, надо изживать свои комплексы. Привыкай. Оборотни, орки и тролли - ведь вполне привлекательные мужчины. Если бы не навязываемое всем мнение о вас, как об опасных и непредсказуемых расах, в которое даже вы сами верите, вашим мужчинам проходу бы не было среди человеческих женщин. Одно дело слышать такое мнение о вас в далекой деревне. Но совсем другое, слышать мнение о превосходстве одних рас над другими здесь, в Академии, научном и культурном центре. В среде студентов и преподавателей.
