Утро началось с лечения действительно тяжелых больных. Несли детей с врожденными уродствами, с вывихами при родах, с осложненными застарелыми заболеваниями. Плюнув на конспирацию, я занималась лечением в полную силу. Благо в кабинете я находилась одна. На комнату повесила мощнейшую защиту от магии, чтобы выплески силы не могли увидеть снаружи. Матерей я выставляла за дверь. Во дворе за порядком строго следили приставленные мне гоблинки. Так прошло несколько дней. Видимо, Ян отдал какие-то распоряжения в отношении меня, потому, что в определенное время меня выдергивали из кабинета, и насильно кормили, не пропуская ко мне никого, и давая отдохнуть.
Больные шли и шли, а когда дети кончились, стали приносить взрослых. Тяжелые последствия от сложных травм, неправильно сросшиеся кости и последствия тяжелых ранений. С этим наплывом я справиться не могла. Я ждала телепорта и помощи своего профессора. Многим людям приходилось отказывать, оговаривая необходимость операций, и обещание появления академического светила. Некоторые не верили и настаивали на проведении, хоть какого-то лечения. Порой убеждение и разговоры с людьми, выматывали меня больше, чем само лечение. В таких случаях я приглашала своих помощниц. Женщины успокаивали больных и составляли список очередности на операцию к профессору. Закружившись со своими больными, я не знала о том, что делают остальные студенты.
Спустя две с половиной недели, студенты - телепортисты, сдали свою работу. Телепорт был установлен. Он связал страну гоблинов со столицей Империи. Ответный выход находился на площади перед магической Академией. И уже через два часа, к нам вывалился десант, во главе с моим любимым профессором.
Сбежавший с помоста Стайски закружил меня в медвежьих объятьях. Громадный оборотень не обращая ни на кого внимания, тискал меня, заглядывая мне в глаза, и что-то говорил, говорил.
- Ну как ты моя девочка? Фу, смотри как плохо. Тяжело пришлось, вижу. Теперь две недели отдыха. И не возражай. Тебя как тут не обижали? - и он грозно обвел всех встречающих глазами. Окружающие попятились.
- Это твой муж? - тихо вопросила одна из моих помощниц.
- Хуже, я ее учитель, а она моя любимая ученица. Профессор Рогул Стайски, прошу любить и жаловать, - представился он громыхая.
- Ах, учитель! Это как же вы допустили, чтобы такая хрупкая девушка три недели пробиралась сквозь болота и горы одна в окружении двадцати мужчин. Да ей, бедолаге, пришлось от всех в мешке прятаться! - я покраснела.
История с моей поездкой в рюкзаке начинала обрастать подробностями.
А маленькая гоблинша, уперев руки в боки, продолжала, наступать на громадного оборотня.
- Совсем мужики заморили девочку. Мало того, что обижали, так еще и не слушались! А она больше всех тут сделала, не то, что эти мужланы, - это было, что-то новое. О перипетиях похода я никому не рассказывала. Тут уж опустили головы стоящие вокруг маги.
- А ты профессор, раз не муж - отпусти нашу девочку. Мы, может, решили ее королевой выбрать. Она нам очень даже подходит. Вот как закончит вашу Академию, так пусть и приезжает к нам. А мы тут ее не обидим, всем миром защищать будем, - выступление женщины повергло меня в осадок.
Стайски громко расхохотался и аккуратно поставил меня на землю.
- Матриархат в действии, - заключил он.
- Ну, показывайте, что тут у вас, - и громадная фигура легко поплыла вслед за Старейшинами.
К своему стыду, об истории и обычаях гоблинов, я ничего не знала. Оказывается, в древнем государстве гоблинов царил матриархат. Мужской Совет Старейшин - просто отдавал дань традициям, царящим в Империи. Сами гоблины жили очень долго. Многие до сих пор сохранили память о прошлом королевстве гоблинов и царствовавшей в нем королеве, о справедливых законах и порядках в потерянной стране, и надеялись на ее возрождение.
Весь вечер через телепорт, шли грузы собранные студентами. Семена, продукты, одежда, артефакты и инструменты. Стайски объяснял удивленным жителям, что это все подарки от людей, узнавших об истинном положении дел в их стране. И просил не отказываться и принять помощь. Опять был торжественный ужин, и опять говорили Старейшины. Шел неторопливый рассказ о древнейшей истории этого мира. Рядом с нами сидели живые участники этих событий. От понятия древности этих существ - кружилась голова. Неожиданно мне стало понятно, почему Орден так упорно стремится уничтожить этот народ. Настоящее знание и память всех прошедших веков и деяний правителей - вот истинное сокровище, которым обладали гоблины.
Оставшись наедине с провожавшим меня Яном, попыталась объяснить:
- Ян, я думаю, что уничтожение твоего народа - хорошо продуманная идея Ордена. В этом нет никакой случайности. Случайность - это ты. И твое рождение, -
- И наша встреча с тобой, - продолжил за меня Ян.
- Видишь ли, я сам давно пришел к этому выводу, но просто не знал, что можно сделать. А тут ты, со своей верой в невозможное, - он усмехнулся.
- Знаешь, когда я поверил тебе окончательно? Когда ты залезла в тот дурацкий мешок. Не смейся, - он остановился и поправил мне волосы.
