– Всё равно вам хана! И тебе майор тоже! – далее он смачно сматерился, обрисовывая перспективы Князева и его компании.
Олег только усмехнулся:
– О! Родная речь звучит! Какой вывод из этого следует, Шура?
Адливанкин пожал плечами:
– Вывод очевидный: значит, мы в России.
– Правильно! Но это не полный ответ. Он матерится, так как мы взяли его за самые жабры. Но это только полдела. Вот если бы ещё и Кипиша на крючок подцепить!
Бояринов снова начал матюгаться, рассылая угрозы.
– Шура, закрой ему хавальник.
Сашка с нескрываемым удовольствием двинул полковника кулаком. Сергей выпустил изо рта набежавшую кровь:
– Совсем озверел, беспредельщик. А ведь ты носишь погоны старшего лейтенанта юстиции. Ты должен всё делать по букве закона.
– Я и делаю всё по закону. По закону совести.
– Ой! Не надо сюда пихать свою сраную патетику о совести, долге и любви к Родине.
– Я и не пихаю. О долге ты сам заговорил.
– Не «ты», а «вы». Соблюдай субординацию при разговоре со старшим по званию.
– Думаю, что с этого момента ты потерял и должность, и звание.
– Ой, не могу, рассмешил. Это ты, а не я, завтра будешь сидеть в тюряге. Ох, не сладко тебе, Саня, придётся.
– Всё будет наоборот. Слишком весомые улики против тебя. Тесть не спасёт. Никто не поможет.
Шура снова достал рацию:
– Никитос, как там с просмотрами?
– Пока достаточно вяло, – раздался голос в рации. – Трансляцию смотрит всего лишь тринадцать тысяч пятьсот шестьдесят семь человек.
– Я всегда говорил, что его блог недостаточно популярен. Ничего, мы попилим видео на куски и выложим на Ютубе.
– Урод!
– А ты святой?
– Перестань мне тыкать!
– А ты перестань орать! А то передачки носить не буду.
– Это полная ерунда! По видео видно, что мы с Герусом оговорили себя под пытками. Это враньё! – закричал Бояринов, ориентируясь на камеру, направленную на него. – Да и вообще ничего не было. Всё это постанова!
– Ошибаешься бывший полковник. Ты провалил дело. И у нас на руках весомые улики, – Адливанкин вытащил из кармана флешку и показал полковнику. – Они весят полтора гигабайта. Здесь фамилии получателей откатов. Точные адреса счетов, на которые уходили деньги. Перечень недвижимости, купленной на эти откаты. Огромный объём компромата на очень больших людей, собранный Левницким.
– Ты всё это уже говорил.
– Я знаю. Но мне нравится твоя реакция. Не могу отказать себе в удовольствии. Напомню, что моя Шура уже обнародовала всю эту информации. За тебя теперь не заступится никто. На тестя можешь не надеяться. Ты по уши в дерьме!
Сашка снова разомкнул браслеты. Левую руку полковника он прицепил к подлокотнику кресла. А в правую сунул его пистолет и усмехнулся при этом:
– Можешь застрелиться!
– Красиво работаешь, – попытался улыбнуться Князев. – Моя школа!
– Твоя! – ехидно и торжествующе выкрикнул Бояринов и попытался разрядить пистолет в лейтенанта.
Но затвор сработал вхолостую.
– Привык считать, что вокруг тебя только тупое пушечное мясо. Был дураком, дураком и остался, – подвёл черту Шура. – Правильно сказал: дурак не склоняется во времени.
– Саня, подойди сюда, – позвал его капитан. – Знаешь! У меня в голове наклёвывается одна идейка. Чуть позже расскажу. А пока возьми салфетку и аккуратно забери у него пушку с его пальчиками на рукояти.
Шура пошёл выполнять указание. В это время Герус закончил одеваться и напомнил о себе:
– Вы обещали вызвать «Скорую помощь»!
– «Скорая» на выезд! – скомандовал Олег, толкнув сидевшую рядом с ним Настю.
– Что? – не поняла супруга.
– Перевяжи ему рану.
– Кому? Этому гаду? Нет, даже не проси. Может, уже покинем это проклятое место? Мне здесь порядком надоело.
– Не сейчас. Бояринов прав. Он вполне способен выкрутиться и тогда нам кранты. Но Виталика перевяжи. Я тебя прошу.
Пока Герус орал, как ошпаренный от виски, которым Настя залила его раненную ладонь, Олег стал совещаться с Адливанкиным.
– Шура, ты готов идти до конца?
– До какого конца?
– До полной победы!
– Ты думаешь, что имея на руках это, – он показал носитель информации, – мы не сможем их прижать к стенке?
– Когда ты идёшь против многоголовой Гидры, трудно ожидать быстрой и лёгкой победы.
– Гидры?
– Ну, если хочешь, против системы. Так ты готов?
– Мог бы и не спрашивать.
Настя в это время наложила на рану майора чистую льняную салфетку и закрепила накладку скотчем.
– Настюша, Бояре тоже окажи первую помощь!
– Ни за что!
– Сделай это, родная. Мы не можем уподобляться некоторым не очень уважаемым товарищам. Я тебя очень прошу, – он повернулся к Сашке и спросил, указывая рукой на камеру: – Кто у тебя там?
– Дружок один хороший. Великий хакер и программист. Думаю, что он даст фору даже нашей Шурочке. Моей Шурочке.
– Он на самом деле ведёт трансляцию?
– Да, правда, только для геймеров. Никитос у нас комментатор или, как они говорят – стример.
– Видео записывается?
– Да.
– Тогда давай сделаем так. Оставь мне материалы, скаченные Шурочкой, а Настю и Никитоса отвези ко мне на дачу. Это совсем рядом, в двадцати километрах. Затем возвращайся назад. Я пока обмозгую, как нам сюда заманить Кипиша.
– Кипиша?
