Изменениям подверглись руки, а так же, как Олег заметил через мгновение, и вся кожа на теле. Она была буквально испещрена небольшими круглыми отверстиями. Сотни, а может даже и тысячи почти идеально круглых дырочек размером с пульку от пневматического пистолета не оставляли живого места на теле. Словно кратеры на лунной поверхности, они зияли во вспучившейся коже, за ночь обретшей желтушный, как гной, цвет. Из них и исходил тот странный тошнотворный запах.
Перед Олегом всплыла картинка с сотами в пчелином улье, куда насекомые откладывали свои личинки, и его чуть не вырвало, когда показалось, что в глубине этих отверстий, под кожей, есть что-то красноватое.
Алиса увидела свои руки, которыми держалась за край одеяла перед собой и вскрикнула:
– Что это такое, Господи?...
Слишком часто Олегу в последнее время хотелось, чтобы происходящее оказалось лишь сном. Но если ЭТО сон, то как его сознание смогло изобразить такое потрясающе неестественное видение? Каким образом его мозг, вполне здоровый, как Олег полагал до этой секунды, смог придумать настолько отталкивающее зрелище? Сознание не может быть таким изобретательным! Это не сон.
Алиса растерянно глядела на свою обезображенную кожу:
– Что это такое…
А действительно, что это такое? Оспа? Так быстро развиться? Нет, при оспе кожа не становится… такой. Чума? Язвы от чумы выглядят совсем иначе. За одну ночь! Ещё вечером всё было в полном порядке…
– Нужен врач, – сказал Олег, как только ему удалось собраться с мыслями. – Сейчас же.
Алиса вроде и не услышала. Она дотронулась до изуродованной тыльной стороны ладони, сначала нерешительно, затем слегка надавила, как бы проверяя, реальна ли рука или же это чья-то скверная шутка из воска.
Под пальцами желтушная кожа слегка промялась, и из маленьких дырочек проступило совсем немного прозрачной жидкости – чего-то вроде слизи. Алиса охнула и отстранила пальцы, а вышедшая жидкость стянулась в капельку и соскользнула на кровать. Её губы задрожали, из напуганных глаз хлынули слёзы.
– Алиса, тебе больно? – Олег пододвинулся к ней, но касаться плеч не решался – боялся причинить боль. Или дело в отвращении? А ещё и непонятный страх.
– Что это такое?...
– Алиса, тебе больно? – повторил Олег, словно позабыв остальные слова. Слёзы ручьями стекали по её желтушным, обезображенным щекам, на каждом нездоровом отверстии в коже потоки отгибались в сторону, меняли русло. Алиса отбросила одеяло в сторону и вскочила на ноги. Она двинулась мимо Олега к зеркалу, и тот неосознанно вжался в стенку, чтобы она не задела его своей болезненной кожей. Отвращение? Да, это было непреодолимое отвращение и Олегу стало стыдно за это чувство.
На простыне, где только что лежала Алиса, отпечаталось большое желтоватое пятно от той самой жидкости из дырочек в коже. Вытянутое пятно, во весь её рост. Дурной запах усилился. И как его Олег не заметил ночью?
– Мамочка!...– в ужасе взвизгнула Алиса. Она только что увидела своё отражение в зеркале. Шелковистая ночнушка с цветами намокла от слизистых выделений и прилипла к её телу. Алиса несколько секунд смотрела на то, что произошло с её лицом. От паники её ноги подкосились, она опустилась на кровать и зарыдала.– Мамочка!...Что со мной? ЧТО СО МНОЙ??!!
От её отчаянного крика по спине Олега пробежал холодок. Он был напуган, но стоял столбом у стены и не знал что делать. «А вдруг я заражусь тем же?» – пронеслось в голове, но он заставил себя перебороть эту мысль. Нужно помочь Алисе, нужно действовать. В конце концов, он же мужчина!
Олег неуверенно направился к ней. Хоть и пытался собраться всей своей смелостью, но получалось неважно. Отвращение – это было понятно. Но откуда брался необъяснимый животный страх? Глубинный страх, настойчиво нашёптывающий прямо в голову лишь одно: «Беги!».
– Алиса…– Олег вдруг понял, как жалко выглядит, сделал усилие, вытянул из себя всё мужество, какое только нашлось, и сказал уже более уверенно. – Надо срочно к врачу. Ты меня слышишь? Сейчас же!
Алиса не слышала. Она ещё не отошла от увиденного. Достучаться до неё сейчас было нельзя. Поэтому Олег, ещё сохранявший остатки рассудительности, решил действовать сам. Прошёлся по всем выдвижным ящикам и шкафам, взял медицинские документы, деньги, сходил к себе в кабинет за рюкзаком, сгрёб всё туда. Возвращаясь в спальню, Олег застал Алису на пороге комнаты. С поникшими плечами, вздрагивающая от всхлипов, она своими раскрасневшимися глазами уставилась в мольбе на него:
– Пожалуйста…. не бросай меня…
– Я просто ходил за рюкзаком, складывал вещи, чтобы отвезти тебя в больницу. Ты как?
– Я изуродована… Олег, пожалуйста, не бросай меня… я теперь стала… я теперь не нужна тебе… я не перенесу, если ты меня бросишь… – сказала она и заплакала с новой силой. Не раздумывая, Олег прижал её к себе:
– Что за глупые мысли? Я никогда не брошу тебя, что ты… Успокойся… Не об этом сейчас думать надо. Тебе нужно срочно в больницу.
