Он перечитал два раза какую-то брошюрку, в смысл которой даже не смог вникнуть, в телефоне тоже не нашлось ничего интересного. Тогда Олег решил прогуляться по улицам неизвестного города.
Вне машины, даже несмотря на бьющее по глазам солнце, было прохладнее, однако эта иллюзия перепада температур рассеялась очень быстро, и даже стало казаться, будто здесь столь же знойно, как и в распалённом автомобиле.
Левая сторона довольно длинной центральной улицы с её широкими тротуарами, укрывалась в спасительной тени от домов. Правая же сторона улицы, по которой шагал Олег, напоминала сухую, залитую солнцем выжженную пустыню – можно было даже увидеть, как вдалеке над асфальтом маячит раскалённый воздух. Олег перешёл на тенистую сторону улицы. Горячий ветерок, пролетая под тенью зданий, становился освежающим. Стало немного легче.
После спокойного безмолвия горной глуши городской гвалт с непривычки казался диким, потрясающим и неестественным. Десятки прохожих, сотни гудящих автомобилей пробуждали странную мысль, будто не могут на этой планете стоять леса, бежать реки, волноваться моря…
Прогулка по неизвестному городу ненадолго, но отвлекла Олега от донимавших его мыслей и позволила скоротать время до консилиума. На обратном пути Олег забрёл в столовую, где к обеду подавали что-то вроде блевоты.
Возвращался он спешным шагом, так как внезапно обнаружил, что слегка загулялся. А что если эта странная болезнь всё-таки заразна? С какого момента времени Олег сам станет опасным для других? Он не слишком разбирался в медицине, но на ум пришла ветрянка. Больные ею являются заразными ещё до того, как на коже появится сыпь. Если эти болезни схожи, то в таком случае за сегодняшнюю прогулку он вполне себе мог заразить сотни человек. Врачи поступили опрометчиво, раз не поместили его вместе с Алисой в изолятор. Хоть в слизи не нашли инфекции и, вроде бы, беспокоиться не о чем, однако некое смутное беспокойство, залегшее в самых далёких уголках души, не давало Олегу покоя.
К больнице Олег пришёл, когда консилиум уже закончился, поэтому он сразу направился к врачу. Его он встретил в коридоре. Седой мужчина средних лет, с проплешинами на голове начал долгий рассказ, общий смысл которого выражался в том, что даже созыв консилиума не принёс результатов.
– У нас, конечно, есть несколько предположений, – сказал врач. – Но болезнь Алисы не подходит своими симптомами на сто процентов ни под одно из них. Короче говоря, нам пока не удалось установить, что же это такое, для этого нам нужно время. Во всяком случае, недуг этот довольно редкий, за всю свою практику я ничего такого не встречал. Лечить такое… Мы можем только бороться с неприятными симптомами, которых, кстати, почти нет. Если не учитывать состояние кожных покровов…
– И что же делать? – отчаялся Олег.
– Наблюдать. Я же сказал вам, что диагноз не вынесли лишь на данный момент – мы всё ещё работаем над этим. Так что не волнуйтесь – мы обязательно выясним, в чём дело.
– Может тогда и болезнь эта заразная? Диагноз же установить не удалось. Может и меня следовало бы изолировать?
– Нет, мы ведь говорили об этом уже….– врач старался тщательно подбирать слова.– На этот счёт можете быть спокойны, мы провели анализы – у нас хорошая лаборатория. Инфекции тут никакой. Болезнь, скорее всего, имеет механизмы, отдалённо напоминающие нейрофиброматоз или что-то вроде того.
– Что это такое?
– Это такая болезнь, при которой организм даёт сбои. Тело зарастает ужасными опухолями, нарушается работа нервной, эндокринной, сердечно-сосудистой систем и даже кости деформируются. Это даже может привести к инвалидности, – сказал врач, и, увидев округлившиеся глаза Олега, добавил: – Нет-нет, у вашей жены не нейрофиброматоз, я имел ввиду, что сами механизмы болезни могут быть с этим схожи. То есть это не инфекция, а последствия нарушений в работе организма.
– Но ведь Алиса совсем недавно обследовалась, полностью. Никто ничего не выявил, она была абсолютно здорова…
– Да, мы уже взглянули на результаты и её медицинскую карту. Потеря сознания неделю назад может иметь самое прямое отношение к болезни. Та интоксикация могла нарушить равновесие в организме. Судя по всему – это было похоже на отравление опиатами, но Алиса неестественно быстро от неё оправилась. Неясно, конечно, почему тогда на медобследовании ничего не обнаружили, да и опиатов, если верить записям, в крови не нашли. Ситуация очень запутанная, я при этих событиях не присутствовал, а персонал той больницы мог упустить из вида что-то важное, недоглядеть… По рассказам Алисы, красное место укола не напоминало след от иглы шприца. Да и не думаю, что тамошние врачи могли спутать след от иглы с укусом насекомого. Я сам склоняюсь к версии с укусом.
– И укус какого же насекомого действует, как героин?
