Иннокентий улыбнулся, вспомнив подругу Итана Лавинию, способную взломать любую информационную сеть.
– Есть такой хакер.
– Шутите?
– Ещё возражения?
– ИИ такого уровня охраняют квантовые облака…
– И блокчейн преодолим. Хотя есть способ получше.
– Какой, если не секрет?
– Индивидор не нужно будет прятать в наноформу, мои «братья» легко пройдут все охранные периметры и внедрят индивидора в любую информационную сеть.
Мирон-Дельвин ошеломлённо посмотрел на задумчивого Валентина-Иоанна, пожевал губами, снова впился глазами в оживлённое лицо Таллия.
– Вы меня озадачили!
– Сделать это будет трудно, – усмехнулся Иннокентий, – «братец» преувеличивает наши возможности, но попробовать стоит. Вы сможете помочь нам разработать такую программу?
По комнате растеклось молчание.
– У тебя есть время? – спросила Марта-Леон у брата генерала.
Тот помедлил, раздумывая.
– Задача очень интересная, спору нет. Но на её решение понадобится много времени.
– У нас нет много времени, – грустно сказала Стефания. – Существует опасность овладения кьюар-алгоритмом нашими преследователями, я имею в виду машины, и в нашем кусте реальностей начнётся ад. Этот ад надо остановить до его возникновения. Под угрозой не только наши жизни, но и жизни миллионов людей во всех реалах.
Помолчали, разглядывая друг друга.
– Я вас понял, – сказал наконец Валентин-Иоанн. – Будем решать проблему поэтапно. В первую очередь – программа для умной пули. Остальное во вторую очередь. Завтра я буду в Москве, и мы подключим наших лучших специалистов-цифровиков. Сможете подождать несколько дней?
– Мы тут не останемся, надо помочь и моим «родичам» в других реалах. Но я буду регулярно появляться у вас.
Гости встали. Мужчины обменялись рукопожатиями и вышли вслед за спутницей. Лобовы со Стефанией остались в комнатке, пропахшей старыми обоями.
Так как делать было нечего, а телевизора в казарме не было, решили погулять по местным достопримечательностям, главными из которых были недавно построенные жилые дома и торгово-социальный центр «Гордополь». В своём родном реале Иннокентий очень редко посещал торговые центры, тем более что почти всё нужное можно было заказать по интернету. Социологи ещё в двадцатом веке предсказывали постепенное замещение магазинов соцсетями и курьерской службой. Предполагалось, что в скором времени, к две тысячи тридцатому году, продажи утекут в Сеть и появится не только интернет вещей, но и интернет людей, когда те станут предметом торга. СВО на Донбассе слегка подвинуло прогнозы, так как стране всё больше требовалось оружия и боеприпасов: воевали, по сути, не с Украиной, а с Европой, блоком НАТО, – и любители повоевать увлеклись игрой, развивая искусственные интеллекты в качестве поводырей вечной игры.
Погуляв по реалам, математик узнал различия в их развитии и мог ориентироваться в общественных предпочтениях. Двадцать третья реальность, где обитал Тарас Лобов, не отличалась радикально от первой, где в феврале две тысячи двадцать второго года началась специальная военная операция по денацификации и демилитаризации Украины. В том же две тысячи двадцать втором году этого реала ещё не получили должного развития ИИ-системы и в России оставались те же бытовые реалии с использованием магазинов и ТРОЦ. Но уже в сорок первом реале, во времени Итана, практически повторяющем приметы времени две тысячи двадцать второго года и последующих лет, интернет заменил многие сферы обслуживания населения, а реал Иннокентия, восемьдесят восьмой, и вовсе исключил такие устаревшие понятия, как универсам.
Каково же было удивление пары, когда гости обнаружили в сто одиннадцатой Мадьяровке, пригороде Мелитополя, самый настоящий торгово-развлекательный комплекс, в котором были и торговые точки, и виртуальные маркетплейсы, и площадки для индивидуального обслуживания, и увеселительные ячейки. Фронт в сто одиннадцатом реале откатился далеко на запад, и люди на освобождённых от укронацистов территориях вернулись к прежнему образу жизни.
Посетителей в «Гордополе» было много, многие из них нередко расхаживали в полевых военных костюмах, и гости в своих «скорпионах» не сильно выделялись из толпы.
Прошлись по площадкам на трёх этажах здания. Стефания с интересом оценила местный парфюм, заметив знакомые бренды, а также подиум с носителями одежды, но покупать ничего не стала. Да и не было у гостей из восемьдесят восьмого нужных эмитентов и карт, поскольку в этом реале наличных денег не существовало, только цифровые, а заимствовать у Таллия она не захотела, как он ни уговаривал. Рассмеялась, подержав в руках нечто пушисто-прозрачно-серебристое, оказавшееся гарнитуром из Иваново: кофточкой и юбкой до колен.
– Ну и где я буду эту красотень носить? Вот закончим разборки с укрофашистами и «Баталером», тогда, может быть, и куплю.
Побродив ещё немного, оба Лобовых и Стефания уселись в кафе «Рыбный погребок» на втором этаже.
– Плачу! – объявил Таллий. – Попрошу без возражений!
Никто на этот раз ему не возразил.
