– Спутник не зафиксировал, это вам не рентгеновский аппарат, просвечивающий стены. Однако анализ прослушки радиоэфира базы позволил уточнить: женщину сопроводили в лазарет, потому что она до сих пор в отключке.
Взгляды бойцов потянулись к Тарасу. Он молчал, не меняя выражения задумчивости на лице. Знали бы они, чего это ему стоило.
– Что, прямо так в эфире и обсуждали? – недоверчиво спросил Штопор.
– Нет, её назвали «объект». И про лазарет можно лишь догадываться, речь шла о медобслуживании.
– Блин! – в сердцах проговорил Штопор.
Тарас покачал головой.
– Скорее всего, Снежана блефует…
– Что?
– Она умеет вызывать у себя состояние, близкое к кататонии: пульс слабый, дыхания почти нет, но при этом всё слышит.
– Обалдеть!
– Не надо балдеть, тренироваться надо, и всё. Я тоже так могу. – Тарас помолчал. – И вообще не дышать пятнадцать минут.
– Да ладно!
Лабинский с понимающей усмешкой кинул на Тараса быстрый взгляд.
– Они не знают, что вы «серый берет»?
– Что?! – Бойцы с изумлением посмотрели на командира.
– Не отвлекайтесь, – буркнул Тарас, подумав, что его «единокровные братья» тоже обладают умением адекватного реагирования, переданным им с молоком матери помимо их воли из-за удивительного свойства Мультивселенной делиться на копии.
– Дай ей, господи, терпения выдержать всё! – пробормотал Шалва.
– Значит, мы можем действовать?
Лабинский мотнул головой, расслабил воротник рубашки.
– Ждём решения полковника.
– Зачем?
– Затем что он командует парадом. К тому же нам будут нужны документы, подтверждающие особые полномочия. «Азовмех» – предприятие режимное, охраняемое, да и принадлежит частному лицу, и просто так на его территорию никого не пропустят, даже федералов.
– Военное предприятие – и принадлежит частнику?!
– Оно стало военным после начала СВО. Но удивляться нечему, в стране более тридцати процентов военных заводов в результате ползучей приватизации принадлежит миллиардерам.
– Сучья политика!
– Совершенно с вами согласен. Теперь о подготовке. – Лабинский наконец перестал потеть, глянул на Тараса. – Как вы собираетесь действовать?
Тарас покосился на лица следящих за ним бойцов.
– Через кьюар-трек.
Майор остался невозмутим, только в глазах промелькнуло недоверие.
– Слышал о ваших… фокусах.
– Это не фокусы, – произнёс Шалва. – Командир может переходить из копии в копию, ну а мы за ним.
– Магия?
– Физика, – усмехнулся Тарас. – Просто наука ещё не дошла до признания этой физики.
– Недаром Артур Кларк говорил, что когда-нибудь технологии будут сродни магии, – сказал постоянно философски настроенный Солоухин.
– А где сейчас ваши… как бы это сказать… копии, остальные Лобовы? Как вы с ними поддерживаете связь?
– В копиях, по сути, сохраняется та же обстановка и все жизненные реалии, в том числе люди, социум, техника, машины, физические условия и номера мобильных телефонов. За исключением каких-то нюансов, которые позже, в других дублях мироздания, начинают их менять. Но это не всегда заметно в близких копиях. Мы с вами живём в двадцать третьем реале, а мой кровный «брат» Иннокентий в восемьдесят восьмом. Так вот там изменения уже видны невооружённым глазом.
– В сорок первом тоже, – добавил Шалва, – где живёт Итан.
– Да, в их социумах, в отличие от нашего, уже рулит искусственный интеллект, который и преследует обоих.
– За что?
– Это долгий разговор.
– Не хотите позвать их с собой для освобождения майора Иваненко?
– Поиски моих копий могут затянуться, а у нас мало времени.
– Мы справимся, – пожал плечами Шалва.
– Есть другая проблема, – сказал Тарас. – Очевидно, мы пойдём ночью, поэтому желательно сменить экипировку. Эти «барсики» безусловно хороши для диверсионки, однако мы собираемся не стрелять и драться, а пройти по заводу тихо и незаметно. Можете по-быстрому достать НК?
Лабинский задумался, не спрашивая, что такое НК. Он был опытным разведчиком и прекрасно разбирался в слэнге службистов ГРУ: аббревиатура НК расшифровывалась как «ниндзя-комплекты».
– Здесь НК может и не быть, придётся запросить головную контору в Луганске.
– А если взять гидрокостюмы? – предложил Солоухин. – Чем не «ниндзя»? Без подводной амуниции вполне подойдут.
Тарас помедлил.
– У нас два-три часа до момента, когда стемнеет, – если не успеете доставить НК, натянем гидрики.
Лабинский поднялся и без слов выскочил из нагретого работой компьютеров помещения.
– Тогда я пойду выберу костюмы, – сказал Жора.
– Вместе пойдём.
– Как ты думаешь, командир, – задумчиво проговорил Шалва, – кто умыкнул нашу девочку?
– Она старше тебя на шесть лет, – погрозил ему пальцем Солоухин.
– Уверен, – сказал Тарас, – что это какая-то спящая ячейка укропских диверов. Но работать она может как по распоряжению СРУ, так и по заказу олигархов, пытающихся нас ограничить, потому что мы безжалостно уничтожаем их «собственность».
– Согласен. Но кто именно?
– На САУ охотилась банда киллеров Мордобьёва, а «Азовмехом» керует его компаньон. Вполне вероятно, он снова в деле и послал ещё одних отморозков.
– На подлодке? Это какие же тогда у него связи? И с кем? Неужели с оборонщиками?
