Метаморфозы полностью

⁶⁰⁰ Был и добрей Гипподам, когда бы не столь был безбожен,

Должен он был бы ее пожалеть, простить нас обоих.

О, помоги! Ей, молю, от отцовского гнева бежавшей,

Дай, о владыка, приют, — иль сама пусть станет приютом! —

Буду ее и тогда обнимать». Кивнул головою

⁶⁰⁵ Царь морской и потряс ему подчиненные воды.

Затрепетала она — но плыла. Меж тем у плывущей

Трогал я грудь, — она под рукою, волнуясь, дрожала.

Но, обнимая ее, вдруг чувствую: отвердевает

Тело, и девушки грудь земляным покрывается слоем.

⁶¹⁰ Я говорю, — а земля облекает плывущие члены:

Тело, свой вид изменив, разрастается в остров тяжелый».

Бог речной замолчал. Удивленья достойное дело

Тронуло всех. Но один над доверием их посмеялся, —

Иксионид, — презритель богов, необузданный мыслью:

⁶¹⁵ «Выдумки — весь твой рассказ, Ахелой, ты не в меру могучей

Силу считаешь богов, — будто вид и дают и отъемлют!»

И поразилися все, и словам не поверили дерзким.

Первый меж ними Лелег, созревший умом и годами,

Так говорит: «Велико всемогущество неба, пределов

⁶²⁰ Нет ему: что захотят небожители, то и свершится.

А чтобы вас убедить, расскажу: дуб с липою рядом

Есть на фригийских холмах, обнесенные скромной стеною.

Сам те места я видал: на равнины Пелоповы379 послан

Был я Питфеем,380 туда, где отец его ранее правил.

⁶²⁵ Есть там болото вблизи, — обитаемый прежде участок;

Ныне — желанный приют для нырка и лысухи болотной.

В смертном обличье туда сам Юпитер пришел, при отце же

Был отвязавший крыла жезлоносец, Атлантов потомок.381

Сотни домов обошли, о приюте прося и покое,

⁶³⁰ Сотни к дверям приткнули колы; единственный — принял,

Малый, однако же, дом, тростником и соломою крытый.

Благочестивая в нем Бавкида жила с Филемоном,

Два старика: тут они съединились в юности браком.

В хижине той же вдвоем и состарились. Легкою стала

⁶³⁵ Бедность смиренная им, и сносили ее безмятежно.

Было б напрасно искать в том доме господ и прислугу,

Все-то хозяйство — в двоих; всё сами: прикажут — исполнят.

Лишь подошли божества под кров неприметных пенатов,

Только успели главой под притолкой низкой склониться,

⁶⁴⁰ Старец придвинул скамью, отдохнуть предлагая пришельцам.

Грубую ткань на нее поспешила накинуть Бавкида.

Теплую тотчас золу в очаге отгребла и вечерний

Вновь оживила огонь, листвы ему с сохлой корою

В пищу дала и вздувать его старческим стала дыханьем.

⁶⁴⁵ Связки из прутьев она и сухие сучки собирает

С кровли, ломает в куски, — котелочек поставила медный.

Вот с овощей, стариком в огороде собранных влажном,

Листья счищает ножом; супруг же двузубою вилой

Спинку свиньи достает, что коптилась, подвешена к балке.

⁶⁵⁰ Долго ее берегли, — от нее отрезает кусочек

Тонкий; отрезав, его в закипевшей воде размягчает.

Длинное время меж тем коротают они в разговорах, —

Времени и не видать. Находилась кленовая шайка

В хижине их, на гвозде за кривую подвешена ручку.

⁶⁵⁵ Теплой водой наполняют ее, утомленные ноги

В ней отдохнут. Посредине — кровать, у нее ивяные

Рама и ножки, на ней — камышовое мягкое ложе.

Тканью покрыла его, которую разве лишь в праздник

Им приводилось стелить, но была и стара, и потерта

⁶⁶⁰ Ткань, — не могла бы она ивяной погнушаться кроватью.

И возлегли божества. Подоткнувшись, дрожащая, ставит

Столик старуха, но он покороче на третью был ногу.

Выровнял их черепок. Лишь быть перестал он покатым —

Ровную доску его они свежею мятой натерли.

⁶⁶⁵ Ставят плоды, двух разных цветов, непорочной Минервы,382

Осенью сорванный тёрн, заготовленный в винном отстое,

Редьку, индивий-салат, молоко, загустевшее в творог,

Яйца, легко на нежарком огне испеченные, ставят.

В утвари глиняной все. После этого ставят узорный,

⁶⁷⁰ Тоже из глины, кратер и простые из бука резного

Чаши, которых нутро желтоватым промазано воском.

Тотчас за этим очаг предлагает горячие блюда.

Вскоре приносят еще, хоть не больно-то старые, вина;

Их отодвинув, дают местечко второй перемене.

⁶⁷⁵ Тут и орехи, и пальм сушеные ягоды, смоквы,

Сливы, — немало плодов благовонных в разлатых корзинах,

И золотой виноград, на багряных оборванный лозах.

Свежий сотовый мед посередке; над всем же — радушье

Лиц, и к приему гостей не худая, не бедная воля.

⁶⁸⁰ А между тем, что ни раз, опорожненный вновь сам собою, —

Видят, — наполнен кратер, вино подливается кем-то!

Диву дивятся они, устрашились и, руки подъемля,

Стали молитву творить Филемон оробелый с Бавкидой.

Молят простить их за стол, за убогое пира убранство.

⁶⁸⁵ Гусь был в хозяйстве один, поместья их малого сторож, —

Гостеприимным богам принести его в жертву решили.

Резов крылом, он уже притомил отягченных летами, —

Все ускользает от них; наконец случилось, что к самым

Он подбегает богам. Те птицу убить запретили.

⁶⁹⁰ «Боги мы оба. Пускай упадет на безбожных соседей

Кара, — сказали они, — но даруется, в бедствии этом,

Быть невредимыми вам; свое лишь покиньте жилище.

Следом за нами теперь отправляйтесь. На горные кручи

Вместе идите». Они повинуются, с помощью палок

⁶⁹⁵ Силятся оба ступать, подымаясь по длинному склону.

Были они от вершины горы в расстоянье полета

Пущенной с лука стрелы, назад обернулись и видят: