Метаморфозы: танцор полностью

Серая дорога, уложенная огромными, грубо отесанными каменными плитами, уходила в небо. Прямая, как стрела, и суровая, как воин, что стоял у ее начала. Дорога к Путевой Скале. Дорога, в конце которой открывается путь в бездну.

Где-то там, наверху, мрачный каменный утес обрывается и стеной падает в кипящее далеко внизу море. Где-то там, под ногами, волны бушуют и разбиваются пеной о подножие рвущейся ввысь каменной громады. Здесь — только грубо отесанные плиты, горы по правую руку и солнце, падающее с небосвода за далекий горизонт.

Великий шаргов стоял один. Холодный осенний ветер завывал в ущельях, шептал умирающим листьям редких эдельвейсов, спускался вниз по каменным плитам и разбивался о неподвижную фигуру Рорка. Так воин и ветер вели беседу о Пути и Цели.

Пять вождей уже увели свои кланы в поисках врагов и славы. Клан Заката и Клан Теней, самые сильные, многочисленные и безудержные, ушли на восток, чтобы закончить то, что не смогли закончить их предки, — города Алифи должны быть разрушены. И шарги ушли, чтобы забрать чужие мечты, надежды, жизни. Чтобы разрушить неприступные ранее стены, сжечь многочисленные посевы, втоптать в пыль былое величие. Восток уже содрогнулся от поступи десятков тысяч копыт. И ветер шептал Великому о принесенных жертвах и Пути к славе.

Кланы Песка, Рыси и Черного ветра, хитрые и гибкие, ушли на юго-запад, чтобы встретить основные войска врага, измотать в мелких схватках, заставить увязнуть в боях и не дать возможности вернуться. Потому что там будет решаться судьба юга. И коварные Вожди все дальше заманивают врага, и все обильнее кровавая жатва, которую собирают степные луки и кривые мечи. Да, южные города Алифи еще стоят, еще лелеют надежды, еще живут призраками несостоявшихся побед, но время катастрофы уже близко.

Потому что Клан без имени тоже заждался вкуса побед, запаха крови и вида поверженных врагов. Уже подготовлены позиции, и ловушка готова захлопнуться, навеки истребив саму память о гордых рыцарях света. И ветер пел песню о великой Цели, отбивая такт скрипом камней и шорохом листьев.

Изучающих сущее тоже нет рядом. Они уже надели свои маски и вышли на поле брани. Их сила, их ненависть, их искусство смерти приближают победу. Слишком долго маги врага не знали поражений, слишком много в них стало спеси и слишком мало страха. Трое изучающих сущее, но одно лицо на них всех. Демон Ту смотрит из глазниц великих шаманов и ищет жертвы. И горе тем, кто осмелится заступить ему дорогу.

Трое вестников, его помощников — тоже с отрядами. Они — его глаза и его уши. Его сердце. Его опора. И пока они с кланами, никто не отведет взгляда перед ликом смерти. Потому что пришло время, чтобы взять все. И сила уже ломает силу. И хитрость уже убивает мудрость. Воины пустынь и степей будут стоять на руинах твердынь Севера. Так должно быть!

Мы сидели в шатре Логора и пытались согреться. Двое суток пути по плохой дороге под ливнем и сильным ветром могли доконать кого угодно. Первые сутки мы шли в совершенно жутких условиях, позволяя себе только небольшие получасовые остановки. Без обеда, без ужина, жуя вяленое мясо и сухари всухомятку на переходах и запивая холодным травяным настоем на привалах. Фока расщедрился и стал недрогнувшей рукой обнулять свои запасы лекарственных трав, без этого лихорадка и воспаление легких свалили бы каждого.