Что ж, северные ворота так северные ворота, благо в Толакан не пригласили. Мы вышли за городские стены небольшим отрядом: я, Мышок, Меченый и несколько его людей. С пустыми руками и неясными планами. Бравин и Малый еще засветло ушли за пределы Валенхарра, оставив обмен на мои пожеванные плечи.
Группа Рорка стояла не очень далеко от города: тысячу шагов, может полторы, вряд ли больше, — достаточно для того, чтобы успеть вскочить на лошадей и скрыться, если что-то пойдет не так. Чуть поодаль сидело несколько десятков пленников, приготовленных для обмена.
— Чем ты собрался платить, обезьяна? — Работорговец сидел на невысоком вороном с длинной, иссиня-черной гривой. Красивая лошадь и безобразный всадник. Хам к тому же.
— За что платить, уважаемый? За те ходячие трупы, что ты приволок? Я же просил тебя сильных мужчин, а не умирающее отребье.
Меченый со своими людьми не стали подходить близко, остановившись за сотню шагов, а мне пришлось идти вперед. Хриплый шепот Мышка за плечом — то ли запоздалое предостережение, то ли молитва. Заунывный, неподходящий к моменту ветер, поземкой поднимающий тонкий слой недавно выпавшего снега. И пронизывающие, презрительно-насмешливые взгляды Тхонга, гарцующих на степных лошадях.
— Что ты понимаешь в сильных мужчинах, обезьяна? Любой из тех, кого я привел сейчас, завяжет тебя узлом и выжмет сок из твоего тщедушного тела. А те, кого я приведу после, сделают это еще в два раза быстрее.
Я проигнорировал ничем не прикрытое оскорбление, в конце концов, магов не по тщедушности тел меряют, да и ухмыляющийся Таррен-Па тоже не Геракл какой-нибудь.
— Сколько здесь человек, и сколько ты за них просишь, уважаемый? — Меня не учили обращаться к торговцам Рорка, так что пришлось подбирать эпитеты из своего уходящего в туман забвения прошлого.
— Прошу? Сумасшедшая мартышка, Тхонга не умеют просить. Здесь сорок пять отличных рабов, за которых тебе придется отдать сорок пять скакунов, иначе лошадей я заберу бесплатно вместе с твоей жизнью.
Сегодня Таррен был в ударе, разбрасывая угрозы и насмешки, словно семена на грядку. Говорят, если посеешь ветер, пожнешь бурю. Что он хотел собрать, посеяв такую гремучую смесь из глупых оскорблений и пустых угроз? Мне не было страшно, где-то здесь Бравин, а с ним Карающий, они прикроют мне спину. И не только спину, если понадобится. В конце концов, не для того тащил сюда рабов торговец, чтобы с головой бросаться в авантюры.
— С каких пор доходяги стали зваться отличными рабами, Таррен? Сорок пять скакунов стоят дороже всего твоего каравана с тобой в придачу. Так что я дам тебе пять отличных коней за всех и добавлю пару полных доспехов воинов клана Заката. А хочешь, приложу к ним и кости бывших владельцев — бесплатно.
Тхонга засмеялся:
— Зачем мне кости мертвецов, глупец? Если так, то я лучше возьму твои кости, причем ты будешь их преподносить мне сам, по одной. Сорок лошадей — моя последняя цена, а ржавое железо и рваные куртки оставь себе.
Шел торг, обычный торг, скрашенный воинственной риторикой и не лучшим чувством юмора. Я не специалист в этом непростом, но интересном деле, но и выполнить эту работу за меня некому. Не стал бы Рорка говорить с незнакомцами, а даже если б и стал, то где их найти, желающих постоять со мной рядом и поторговаться с рабовладельцем?
— Уважаемый, у тебя сегодня отличные шутки. Я доплачу тебе за них и дам семь лошадей за твоих рабов, больше не смогу, даже если ты станцуешь мне на горячих углях. Я бы, конечно, мог бы добавить доспехами или украшениями, но раз ты не хочешь…
— Какой идиот учил тебя торговаться, мартышка? Семь кляч за сорок пять великолепных рабов, причем бывших воинов? Они умеют работать, а если понадобится, то им можно дать в руки меч, и они смогут защитить тебя от врагов. Поэтому, сколько ты там назвал? Семнадцать? Добавь еще столько же и забирай, только не забудь сказать мне спасибо за невиданную щедрость. Кстати, украшения можешь мне показать, я выберу себе подарок на память. В качестве платы за мое терпение.
— Я сказал семь, Таррен. Семь. Но если ты хочешь, отдам их вместе с упряжью. И добавлю семь отличных рыцарских клинков Алифи. Я лично снимал их с трупов рыцарей Света.
— Ты врешь, ни одна обезьяна не поднимает руку на своих хозяев.
— Хочешь узнать подробности, Таррен? Я расскажу тебе детали дешево, почти даром. Пять рабов за рассказ, это выгодная сделка.
