Полковника Шатунова похоронили с воинскими почестями. Осталось непонятным, куда и зачем в такое время шел полковник, но это замяли. Ну, шел и шел, мало ли какие у человека дела. А пьяный водитель его сбил насмерть. Трагическая случайность. И ни рыдающая вдова, ни понурый сын даже представить не могли, что для них все могло быть гораздо, гораздо хуже. Если бы их муж и отец не позаботился о них, не пожалев собственной жизни.
Так думал Николай Вениаминович Немирович, тоже присутствовавший на похоронах. Он не сомневался, что Шатунов все просчитал верно. Но, несмотря на то, что его на этот раз обыграли, у него сохранилось уважение к погибшему полковнику. То, что он сделал, он сделал для своей семьи, и это поступок мужчины.
Через час он докладывал директору ФСБ Бортникову о результатах расследования. Тот молча слушал, потом кивнул, давая понять, что вопросов у него нет.
— Значит так, Николай Вениаминович, вы со своей работой справились как всегда хорошо. Я уже подписал предоставление вас к награде. Жаль, не успели взять Шатунова. Но если он и правда, как вы утверждаете, был мозгом и направляющей силой всей группы, то частично вы свою работу выполнили — лишили их мозга. А потому приказываю: дело об убийстве Горбачева и покушении на Путина в производстве по нашему ведомству прекратить и передать все материалы в ГРУ. Им там виднее, думаю.
— Но…
— Вы приказ поняли?
— Так точно!
Бортников посмотрел еще немного в глаза Немировичу и добавил:
— Извини, полковник, это приказ Президента.
Немирович вышел из кабинета директора с двойственным чувством. С одной стороны, он не любил оставлять неоконченные дела, но, с другой стороны, у него словно груз с плеч свалился. Это дело с самого начала вызывало какое-то отторжение, глубоко внутри ему не хотелось им заниматься.
Майор Наталья Васильевна Норикова заканчивала составление отчетов, когда открылась дверь, и зашел полковник Немирович. Она встала и сделала шаг ему навстречу. Он оглядел кабинет и, увидев, что они одни, подошел и крепко обнял ее, зарывшись лицом в волосы и вдыхая такой родной запах.
Потом чуть наклонился, и его губы соединились с мягкими и вкусными губами его Наташи. Поцелуй получился долгим, оба не хотели прерывать его первым. Наконец, Наташа, на правах женщины, оборвала это увлекательное занятие и спросила:
— Ну, что?
— Все, Наташка, забрали у нас это дело и, слава Богу!
— Как забрали?
— Как обычно. Приказ президента — передать дело в ГРУ.
— А почему — слава Богу?
— Не знаю, — они присели на стулья возле ее стола, — но я всегда относился к нему двояко. С одной стороны эти люди враги и их необходимо обезвредить. С другой стороны, я их понимаю и…
Он помолчал, задумавшись на минуту, а затем закончил фразу:
— …в чем-то даже им сочувствую. Они солдаты, они давали присягу защищать СССР до последней капли крови. И обвинять их в том, что они не захотели эту присягу нарушить, — он вздохнул, — как-то неправильно, что ли…
Наташа тоже сочувственно вздохнула, но, будучи человеком дела, спросила:
— Так что, мне готовить все дела к передаче?
— Так точно, товарищ майор, готовь! — улыбнулся Николай. — Перефразируя известную поговорку: дело с возу, кобыле легче.
— Это кого ты сейчас кобылой назвал?
— Наш отдел, — быстро среагировал Немирович, сделав невинное лицо.
— Смотри у меня, полковник, — подозрительно протянула Наташа, — впадешь у меня в немилость, сам первый и пожалеешь.
— "От слов своих оправдаешься и от слов своих осудишься", — обреченно процитировал Николай.
Часто приходится слышать о том, что в СССР не существовало организованной преступности. Это, конечно, не так. Просто она была не такой наглой и, в отличие от 90-х той истории, которая хорошо знакома читателям, всегда старалась находиться в тени.
В реальности Европейско-Азиатской Федерации пока все было относительно тихо, хотя в других отделившихся республиках организованная преступность быстро набирала силу и проникала на самые вершины власти.
Но и в ЕАФ эта часть общества мечтала об успехах своих вчерашних соотечественников, а ныне уже зарубежных коллег. И вот, практически на самой географической границе Европы и Азии, в славном городе Уфе — столице солнечной Башкирии, было решено провести всеобщий сбор воров в законе. Для этого на весь вечер и всю ночь был снят ресторан гостиницы "Россия" на проспекте Октября, почти напротив Горсовета.
Сюда съехался весь "цвет" преступного мира Федерации, а также уважаемые гости — воры́ из бывших союзных республик, для того, чтобы обсудить то, как им следует дальше жить в изменившейся стране, а заодно и поделить сферы влияния, имея в виду изменение границ бывшего Союза. Всего съехалось 316 человек, наверное, самое представительное собрание преступных авторитетов за всю историю.
