Я продолжал изучать окружающее пространство через параллельное сознание, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, объясняющую происходящее. Система молчала — никаких подсказок или уведомлений, словно мы оказались в слепой зоне.
— Кир, может, валим отсюда? — предложил я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
Идея показалась более чем здравой. Я взял Киру за руку, крепко сжав её ладонь, и активировал телепорт, представляя нашу долину — уютную, безопасную, с журчащими ручьями и цветущими садами, и даже Астру, которая как обычно набросится на нас с расспросами…
Ничего.
Нахмурившись, я выхватил взглядом одно из мест на трибуне — роскошную ложу с полуразрушенным балдахином — и попытался перенести нас туда. Снова безрезультатно. Телепорт, моя самая надёжная способность, просто отказывался работать.
Я почувствовал, как пальцы Киры напряглись в моей ладони. Между её пальцами уже начали проскакивать первые искры — верный признак того, что она готовится к бою. Через нашу эмпатическую связь я ощущал её растущую тревогу, смешанную с раздражением.
И тут раздался голос. Он звучал отовсюду и ниоткуда одновременно, подобно звуку из громкоговорителя, только без характерных искажений. Чистый, мощный, он заполнил всё пространство арены:
— У нас гости! — в голосе слышалось неприкрытое удовольствие. — Объявляется турнир!
— Артём, — Кира придвинулась ко мне ближе, — что-то мне всё это ну совсем не нравится.
— Да я тоже не в восторге, — пробормотал я, активируя видение.
Энергетические потоки вокруг нас были странными, не похожими ни на что, виденное раньше. Они закручивались спиралями, образуя сложные узоры, пульсировали в каком-то одним им известном ритме. Купол над ареной при таком зрении выглядел ещё более впечатляюще — настоящая сеть переплетённых силовых линий, каждая из которых светилась своим уникальным оттенком.
Параллельное сознание лихорадочно анализировало ситуацию. Мы оказались в ловушке — это было очевидно. Телепорт не работает, портальная арка неактивна… Оставалось только ждать, что будет дальше, и готовиться к худшему.
— Кира, — я говорил тихо, почти шёпотом, — давай спина к спине. Что бы ни появилось, встретим во всеоружии.
Она молча заняла позицию, прижавшись ко мне спиной. Я чувствовал, как воздух вокруг неё начинает наэлектризовываться — она готовила свои самые мощные молнии. Сам я призвал энергетическое копьё, позволяя силе Архитекторов течь по телу, усиливая каждую мышцу.
Голос раздался снова, теперь в нём появились нотки предвкушения:
— Приветствуем наших новых участников! Позвольте представить вам правила сегодняшнего состязания…
«Вот же влипли,» — мелькнула мысль. — «И ведь даже не поспоришь — правила здесь явно не обсуждаются.»
Краем глаза я заметил, как по куполу пробежала волна энергии, делая барьер ещё более плотным. Теперь он напоминал граненый хрусталь, только вместо стекла — чистая сила, способная выдержать, похоже, любой удар.
— Кир, подожди с молниями, — я деактивировал копье, внимательно изучая пространство вокруг нас. — Давай не будем разбрасываться козырями.
Она вопросительно посмотрела на меня, но молнии между её пальцами послушно растаяли в воздухе. Через нашу эмпатическую связь я чувствовал её напряжение — словно натянутая тетива, готовая в любой момент выпустить стрелу.
— То, что ты их чувствуешь и готова применить — это здорово, — продолжил я, активируя параллельное сознание для анализа ситуации. — Значит, не все способности блокируются, и это радует. Но вот чего нам ждать — неизвестно. Поэтому не стоит заранее показывать свою силу.
Кира кивнула, соглашаясь с моей логикой. Она достала из инвентаря старое копьё — простое, но надёжное оружие, не раз выручавшее нас в самых разных передрягах. Я же достал сюрикен, прокручивая его между пальцами. Холодный металл успокаивал, помогая сосредоточиться.
Голос, до этого момента молчавший, снова ожил, заполняя пространство под куполом:
— Скоро прибудут зрители, и вам предстоит доказать своё право на жизнь. Вы пройдёте круг испытаний — от слабого до непроходимого. Если выживете — сможете занять место среди зрителей и жить в нашем мире.
— Да пошёл ты, — я не стал скрывать раздражения. Перспектива игр в гладиаторские бои порядком надоели.
— Это он тебе сказал, — поддакнула Кира, и в её голосе слышалась та особая интонация, которая появлялась только перед серьёзной дракой.
— Иди сюда, расскажешь, что тут у вас и как, — я повысил голос, оглядываясь по сторонам в поисках источника звука. — А не ори в свой рупор!
Но голос не ответил. Только лёгкая рябь пробежала по поверхности купола, словно он насмехался над нашими попытками установить диалог.
«Похоже, придётся играть по их правилам,» — мелькнула мысль, и я тут же отбросил её. Нет уж, мы найдём способ перевернуть эту игру.
— Раз нам ждать зрителей, то не стоит пока и напрягаться, — я повернулся к Кире. — Не расходимся. Пошли посмотрим, что там с куполом.
Мы медленно приблизились к мерцающей стене. Я достал из инвентаря какую-то старую пику — даже не помню, как она там оказалась — и осторожно направил её в сторону барьера.
