«Шаровую бы туда», — мелькнула мысль, но тут же в голову пришла идея получше. Мы уже практически влетали в портал, когда я успел выхватить из инвентаря камень души. Даже не глядя, какой именно — просто активировал первый попавшийся, принадлежавший какому-то давно побеждённому противнику.
Прямо у арки портала материализовался скелет-питомец. Я не успел даже разглядеть, кого именно призвал, но мысленно отдал чёткую команду. Следом отозвал Небокрыла — незачем рисковать верным созданием.
Последнее, что я успел сделать перед тем, как портал поглотил нас — накинуть на себя и Киру защитный щит и активировать скрытность. Пространство вокруг закружилось в безумном калейдоскопе красок, звуки битвы стихли, сменившись знакомым гулом перехода.
Когда реальность снова обрела чёткость, мы обнаружили себя стоящими на твёрдой земле.
Только вот то, что показалось нам землёй, вовсе ею не было. Вокруг простирался удивительный и пугающий пейзаж — всё, абсолютно всё вокруг было преобразовано в кристаллические структуры.
Я осторожно огляделся, стараясь не делать резких движений. Под ногами хрустело то, что когда-то было обычной почвой — теперь же это напоминало смесь слюды, стекла и различных кристаллов. Каждое движение сопровождалось тихим звоном, как будто мы стояли на рассыпанных драгоценных камнях.
Деревья вокруг портальной площадки превратились в изысканные хрустальные скульптуры. Их ветви, всё ещё сохранившие первоначальную форму, отбрасывали радужные блики в лучах солнца. Листья, застывшие в кристаллической форме, казались произведениями ювелирного искусства — тончайшие пластины прозрачного материала с сохранившимся рисунком прожилок.
Под нашими ногами стали появляться небольшие трещины, расползающиеся как паутина по хрустальной поверхности. Я не знал, выдержит ли нас эта преображённая земля или расколется на тысячи мелких осколков. И что самое неприятное — было совершенно непонятно, куда мы провалимся в случае обрушения. Выяснять это совсем не хотелось.
Внезапно меня настигла тревожная мысль о моём скелете-питомце. Я резко обернулся к порталу и с облегчением выдохнул — арка была пустой. Портал оказался односторонним, что в данном случае было нам на руку. В тот же момент в интерфейсе погасла иконка питомца.
Система отреагировала практически мгновенно. Перед глазами развернулось системное сообщение:
Поздравляем! Вы уничтожили армии пустынных и горных фракций.
Уничтожено: 217 существ уровнем от 79 до 211.
Применён штраф получения опыта за использование детонации портала при убийстве.
Получено: 6 уровней.
Улучшен второй поток сознания.
Кира вопросительно посмотрела на меня:
— Ты когда успел кристалл вынуть из арки?
— Я и не успел, — я пожал плечами. — Скелет-питомец выковырял.
— Так вот зачем ты его призывал… — в её глазах мелькнуло понимание.
— Ну да, — я кивнул. — Не с мобами же в пять раз сильнее его воевать отправил…
— Умно. И хитро, — она одобрительно улыбнулась. — Кстати, у меня шесть уровней.
— У меня тоже, — я задумчиво посмотрел в небо. — Интересно, сколько Небокрылу начислило. И ты заметила — Система адаптируется — штраф выписала.
— Кстати, да. Помнится, в первый раз нам ого-го сколько отсыпало уровней. А сейчас всего лишь по шесть.
Трещины под нашими ногами продолжали расширяться, и медлить больше было нельзя. Я взял Киру за руку, и мы телепортировались на портальную площадку. К нашему удивлению, она оказалась единственным местом, не подвергшимся кристаллизации. Похоже, на неё не распространялись правила этого странного мира.
— Интересно, — задумчиво произнесла Кира, разглядывая окружающий пейзаж, — как тут можно передвигаться, если предположим, дальности полёта Небокрыла не хватит до следующей условно безопасной точки?
— А вот этого я не знаю, — честно признался я, изучая открывшуюся перед нами панораму.
Насколько хватало глаз, мир был преображён кристаллизацией. Бывший лес превратился в причудливый лабиринт из хрустальных деревьев. Их стволы и ветви, сохранившие первоначальную форму, создавали удивительную игру света и тени. Каждый порыв ветра вызывал мелодичный перезвон — кристаллические листья слегка подрагивали, создавая настоящую симфонию.
Я осторожно опустился на колени у края портальной площадки и внимательно изучил структуру преображённой почвы. Она напоминала множество спаянных между собой кристаллов разного размера и формы. Некоторые были почти прозрачными, другие — матовыми или переливающимися всеми цветами радуги.
— Смотри, — я указал Кире на особенно крупный кристалл. — Видишь внутри эти тёмные включения? Похоже на органические остатки, законсервированные в момент преобразования.
— Как янтарь с насекомыми, — кивнула она, тоже присматриваясь. — Только тут всё… острее. Одно неверное движение — и можно порезаться о то, что раньше было обычным листиком.
