Пока не изобрели смартфоны, на цифровой детокс я ездила в гости к свекрови: у нее не было вайфая. Но надолго меня не хватало, и я отправлялась на его поиски по австрийскому городку. Со стороны, должно быть, я выглядела забавно, когда шагала, уставившись на индикатор сигнала в ноутбуке. Однажды в 2006 году я поймала интернет и присела возле частного двора, чтобы отправить письмо. Вскоре из дома вышли двое пожилых австрийцев с раскладными стульями и уселись напротив. Они не сказали ни слова, но внимательно изучали меня — не пойми чем занятую иностранку. Я торопилась закончить, пока меня не попросили уйти, а, судя по их лицам, просьба не была бы вежливой. Так мы и сидели: я — с письмом, они — уставившись на меня. В конце концов я не выдержала, показала на себя пальцем и сказала: «Калифорния». Они расхохотались и ответили: «Шварцнеггер», одобрительно кивая тому, что их земляк — губернатор штата, откуда я приехала. Я поняла, что мне дали добро дописать письмо.
Как мы дожили до того, что не можем обойтись без интернета? И отчего не способны оставаться на одном сайте сколько-нибудь продолжительное время? Почему внимание онлайн такое нестабильное?
Еще до того, как фильм «Лето соула» получил «Оскар» в 2022 году, подруга прислала мне письмо с рекомендацией его посмотреть. Я сразу же пошла искать информацию о нем в интернете. Это документальный фильм про шестинедельный фестиваль в Гарлеме в 1969 году. Я удивилась, что никогда про него не слышала, хотя в нем участвовали такие знаменитости, как Стиви Уандер, Махалия Джексон, Sly & the Family Stone и Нина Симон. Читая статью в «Википедии», я нажала на имя Махалии Джексон, и мне открылась другая статья — о ней. У нее оказалась непростая жизнь, она сменила много работ, и я восхитилась ее жизнестойкостью. Я заинтересовалась, как она стала певицей, и прошла по ссылке на страницу Apollo Records. Потом я заметила ссылку на «Театр Аполло» — снова «Аполло», — прочитала про Гарлем, музыку и театр и нажала на ссылку «Гарлемский ренессанс». Так я открывала страницу за страницей, пока не очнулась. Потом я проанализировала свои действия. Ум следовал ассоциативным путем, извилистым, если смотреть со стороны, но уверенным. Я прочитала несколько статей в «Википедии».
По моему поведению можно проследить степень воздействия на внимание, которое интернет оказывает посредством своей структуры. Для полного понимания проблемы надо начать с «Мемекса».
Идея персонального настольного устройства под названием «Мемекс» для хранения и использования информации была предложена в 1945 году. Предпосылка появления предтечи интернета и цифровой эпохи была проста: мы не можем получить информацию, если она не организована понятным человеку образом. Создатель «Мемекса» Вэнивар Буш был человеком на первый взгляд непримечательным. Он родился в 1890 году и внешне являлся воплощением тогдашней культуры. Сын священника, он безукоризненно одевался, не расставался с галстуком и говорил подчеркнуто вежливо. Гуманитарные науки его не интересовали, он был инженером до мозга костей. Нам он показался бы несовременным: не веган, как Биз Стоун, не занимается йогой, как Сергей Брин, не медитирует, как Джефф Вайнер, не ходит босиком и не принимает психоактивные вещества, как Стив Джобс. Внешне Вэнивар Буш — совершенный пуританин, в душе же страстный оригинал.
Почитаемый в равной степени коллегами и обществом, он был лауреатом высших наград США, Британии и Франции. Он основал Национальный научный фонд США и компанию Raytheon и изобрел аналоговый компьютер. Но «Мемекс» стоял особняком от науки и казался чем-то нереальным.
Для человека, пренебрежительно относящегося к социальным наукам, он необычно назвал статью про «Мемекс» в «Атлантике», опубликованную в июле 1945-го: «Как мы можем мыслить»[168]. Германия недавно проиграла Вторую мировую войну, Филиппины обрели независимость, был подписан устав ООН. Мир потихоньку двигался к расцвету. В последние пять лет в США усиленно финансировались военные исследования. Но настала мирная пора. Что делать с учеными? США, как и другие страны, задумались о будущем. Буш постановил создать новые организации для продолжения научных изысканий.
Незадолго до этого, в 1938 году, Буш изобрел средство быстрого обращения к микрофильмам — автоматизированную библиотеку, которую назвал скоростным селектором. «Мемекс» стал продолжением этого изобретения, и его гениальность была в том, как информация хранилась и размещалась. Буш использовал ассоциативное индексирование, где документы связывались друг с другом. Получая доступ к одному документу, можно было открыть другой, связанный с ним, и, сидя за столом, просматривать записи, книги, фотографии, сообщения — человеческая память столько не вместит.
