— Договорились. Кушай, не буду мешать.
Она вышла, и Саша остался один.
"Нужно срочно где-то доставать холодильник, — подумал он. — В частных домах ледник на лето набивают, а в городской квартире без холодильника вообще жить невозможно. Его фокусы с пространственным карманом рано или поздно раскроют и призовут к ответу, и что он будет отвечать?"
Саша, воспользовавшись тем, что на кухне никого нет, вытащил из своего пространственного хранилища свой обед, который убрал туда с утра, дождавшись, когда родители уйдут на работу. Мать готовила обеды рано утром, чтобы ничего не успело испортиться до вечера. Когда Саша не мог убрать незаметно еду в свой pocket space (так он иногда называл про себя пространственное хранилище на английском языке), он накладывал на неё заклинание сохранности. Но тогда еда всё равно остывала и её приходилось разогревать, и вкус уже был не тот, что у только что приготовленной пищи. А так еда, только что из pocket space, была горячей и вкусной, и Саша приступил к обеду. На остатки еды Саша наложил заклинание сохранности и оставил обе кастрюли, с супом и с варёной картошкой на их кухонном столе. Три котлеты, которые были приготовлены на сегодня ещё с прошлого вечера, мать пристроила в холодильник соседки. А Саша сегодня обошёлся без котлеты.
Он огляделся на кухне и приступил к дежурству. Через несколько минут, вся посуда была чистой. Осмотрел газовые плиты и решил их тоже почистить. Затем осмотрелся вокруг и почистил пол, стены и потолок. Заклинание очистки помещения, вещей и предметов было основано на воздушной магии. Созданные заклинанием маленькие воздушные вихри втягивали в себя пыль и грязь и относили её в указанное место. Саша направил их на мойку, где открыл кран с водой. Вода на кухне была только холодная. Для получения горячей требовалось разжечь в ванной комнате титан или согреть её на плите.
Для очистки газовой плиты Саше пришлось применить другое заклинание, которое убирало застарелую грязь. Оно сначала размягчало её, а уже потом очищало тем же воздухом. Этим же заклинанием Саша почистил кухонные шкафы, керамическую плитку над мойкой, трубы в кухне, ванной и туалете.
Через четверть часа кухню было не узнать. Она блестела чистотой. Саша осмотрел окно и понял, что тут он бессилен. Краска облупилась и требовала обновления. Такого заклинания в Сашином арсенале не было.
«Значит нужно будет просто купить краску и подкрасить окно», — подумал Саша.
Он подошёл к двери в комнату соседки и постучал. Элен открыла дверь и пригласила его войти. Затем она спросила:
— Ты не будешь возражать, если я буду обращаться к тебе на «ты»?
— Нет, — ответил Саша, — а как вы хотите, чтобы я обращался к вам?
— Когда мы будем общаться на французском, то можешь называть меня по имени: Элен. Если это будет в официальной обстановке, тогда называй меня мадмуазель Элен. Когда мы разговариваем по-русски, то обращайся ко мне как к своей учительнице по имени и отчеству — Элен Викторовна.
— Хорошо, я понял.
— Проходи к столу, садись.
Саша уселся на предложенное место и его первый урок французского начался. Саша распараллелил своё сознание и на втором его потоке произвёл диагностику Элен, так он мысленно решил называть про себя соседку. Диагност выдал почти ту же самую картинку, что и вчера. Заклинание первого уровня только чистит кожный покров и может поддержать силы больного, но не вылечить его. По-прежнему наблюдались множественные точки, окрашенные в различные цвета, некоторые из них пульсировали.
В ресурсах магической энергии Саша не был ограничен, поэтому он выполнил плетение исцеления 2-го уровня и влил в него 500 единиц сразу. Направив заклинание на Элен, он проследил как оно впиталось в неё. Минут через 15 Элен стала проявлять беспокойство.
— Саша, на первый раз достаточно. Вот держи, я тебе даю учебник, можешь одновременно учиться по нему. Выполняй здесь все письменные упражнения. Произношением пока не занимайся, а то привыкнешь что-нибудь говорить неправильно, потом будет трудно переучивать. Только читаешь и пишешь. Договорились?
Элен выпроводила Сашу из комнаты и, не раздеваясь, легла на кровать. Через минуту она уже крепко спала.
На следующий день Сашу неожиданно вызвал к себе директор школы. Он подумал, что это как-то связано со вчерашним инцидентом с Филимоновым, но не угадал.
— Саша, к нам поступила бумага из нашего министерства. Оказывается, ты находишься на учёте в туберкулёзном диспансере как сын больного туберкулёзом и по плану в первом полугодии этого учебного года ты должен быть в санатории Юськи, который находится на одноименной станции. Добираться туда лучше поездом, отправление с железнодорожного вокзала. Вот твоё направление в санаторий. Завтра ты уже должен быть там.
— Константин Георгиевич, — сказал Саша, — это какая-то ошибка. Отец уже год как признан абсолютно здоровым, с него снята инвалидность. Нас с мамой должны были снять с учёта.
