— В основном песок для линии отмежевания. Он сыреет в этом климате, после чего болотные твари могут по нему ползать, а если они доберутся до леса, будет беда. Потому насыпь необходимо обновлять.
— Значит караван не маленький?
— Да.
— А кроме песка есть еще что?
— Еда, крепкий алкоголь, тетива для луков, хозяйственные мелочи, которые нельзя произвести тут.
— Они везут какой-то сюрприз, — сказал Миша, — какой не знаю, даже не догадываюсь. Но стоит мне подумать о караване, как холодок по спине пробегает.
— Не пустить их только на основании твоих предчувствий не получится. Дорога сюда долгая, песок жизненно необходим. Если ты прав, придется как-то доказать твою правоту.
— У меня нет доказательств.
Добравшись до блокпоста, инструктор о чем-то переговорил с парой мужчин, один из них махнул рукой, указывая вверх. Проклятый с интересом осматривался. Вот — вход в ущелье. Чуть дальше, видимо в самой узкой его части, массивные ворота. Закрыты, но присмотревшись Михаил заметил, что здоровенный засов открыт, и при заварушке, ворота не станут серьезной преградой. Это плохо, надо как-то убедить охрану исправить ситуацию с воротами, но вряд ли тут будут слушать чужака.
Вокруг много вооруженных людей, практически у всех луки или арбалеты. Тоже понятно, в таком месте совсем не обязательно подпускать врага на расстояние удара. Недалеко стоят какие-то домики, наверное, казармы? Но развить эту мысль Проклятый не успел, подошел инструктор.
— Полезли наверх.
Он указал на свисающие вдоль отвесной стены веревочные лестницы. Миша поежился, на вид стена была высотой метров двадцать, а веревочные лестницы он не любил с детства. Хотя, пожалуй с учетом его последнего опыта в области лазанья по канатам, с этим он должен справиться легко.
Забрались наверх, и если снизу Проклятый увидел лишь несколько домов, то здесь по обеим сторонам ущелья раскинулся целый поселок. Многолюдно, практически все встречные вооружены стрелковым оружием. В глаза бросилась огромная куча камней, видимо в случае реальной опасности, ущелье планировалось завалить каменными глыбами, похоронив агрессора.
Пока Михаил осматривался, инструктор о чем-то разговаривал с парой мужчин. В какой-то момент разговор перешел на повышенный тон, и Проклятый обратил на них внимание. Инструктор спорил с двумя мужчинами. Первый — широкоплечий крепыш, был чем-то недоволен, а второй, высокий, худощавый и лысый как бильярдный шар, сохранял спокойствие.
Раздался шум, и Проклятый с любопытством посмотрел вниз. В ущелье медленно вползал караван. Обычные повозки. Первые две — крытые, начиная с третьей — открытые, засыпанные песком. Караван полз медленно, каждую повозку тянули по два животных, лошади а может ишаки, или какие-либо представители местной фауны не известные на Земле. Впереди шли трое, и один из них чем-то сразу привлек внимание Проклятого, но стоило Мише начать рассматривать его, как тот вдруг повернулся, посмотрел вверх, и Проклятому показалось что их взгляды встретились, отчего по спине пробежал неприятный холодок. Хотя на таком расстоянии что-либо рассмотреть было практически невозможно, а Миша был прикрыт конструкцией возведенной на краю обрыва, но под этим взглядом он не чувствовал себя в безопасности.
Кроме следующих в авангарде, на каждой повозке сидел возница, и несколько вооруженных мужчин, шли пешком. Вот первая повозка приблизилась к закрытым воротам, один из идущих впереди, что-то крикнул охраннику.
Тут Михаилу пришлось отвлечся от наблюдений. Подошел инструктор в сопровождении тех двоих. Крепыш что-то спросил, точнее проорал и сплюнул в сторону.
— Они интересуются, зачем мы здесь — перевел инструктор.
— Что-то не так с этим караваном, какая-то опасность, нельзя его пускать в Шаарн.
— Миша, — инструктор внимательно посмотрел на Проклятого, — что именно ты чувствуешь?
— Не знаю, но при мысли о том, что они окажутся внутри, мне становится не по себе.
Инструктор вновь начал говорить спутникам, но крепыш даже не стал дослушивать, что-то прорычал, и придвинувшись вплотную к Проклятому, начал что-то шипеть прямо ему в лицо. Миша не понял и половины и брезгливо отодвинулся:
— Что он от меня хочет?
— Если отбросить ругань — усмехнулся инструктор, — то он говорит, что останавливать караван на основании твоих предчувствий никто не будет, а также то, что ты тут вообще быть не должен.
Похоже крепыш, заметивший отвращение на Мишином лице, готов был полезть в драку, но тут вмешался его флегматичный товарищ. Положив руку на плечо крепыша, что-то сказал.
— Он говорит, они досмотрят наших гостей, но все подводы проверять не станут. Извини, но ты сканер, для солдат не авторитет — добавил инструктор уже от себя.
