Метка смерти полностью

– Ах, боже мой, совещания такие утомительные. Все постоянно чего-то от меня хотят. Вчера шел дождь, и крыша протекла. Все было мокрое. Приехали пожарные…

– Дождь? – Сабина покосилась на заведующую интерната для престарелых, но та покачала головой.

– Тебе нравится еда здесь? – спросила Сабина.

– Сегодня мы были в итальянском… – она искала подходящее слово.

– Ресторане? – предложила Сабина.

– Да, а на завтра я забронировала столик в «Хилтоне». – По лицу Вандергаст скользнула улыбка. – Candle Light Dinner[33]. О… – Она хотела подняться. – Я должна закрыть окно в кабинете.

– Я уже закрыла. – Сабина погладила ее по руке. Действительно, говорить с Вандергаст об исследованиях Glostermed не имело смысла. В ее сознании все перепуталось.

После того как викторина закончилась, Марк перемотал видеокассету в начало. Все вместе они посмотрели передачу второй раз, и Вандергаст комментировала ответы кандидатов.

Через какое-то время зазвонил мобильный Сабины. Не теряя зрительного контакта с Вандергаст, она сунула руку в карман и передала телефон Марку.

Тот ответил на звонок. Сабина слышала, как он несколько раз сказал да, нет и спасибо, а затем закончил разговор. Он сунул телефон в нагрудный карман и шепотом сообщил Сабине, что звонил Снейдер.

– Томас Шэффер чуть было не попался в Гааге. Сейчас они едут к яхтенному причалу. – Затем показал большой палец, давая понять, что все в порядке.

Сабина с облегчением опустила плечи. Это означало, что жизнь Вандергаст была вне опасности.

Марк вопросительно кивнул на свои наручные часы. Он хотел прервать этот разговор, но Сабина помотала головой.

– Я еще побуду с тобой, мама, – громко сказала она.

Междугородние экспрессы уходили во Франкфурт пока что каждые полчаса. Они никуда не торопились, и Сабина хотела воспользоваться временем, чтобы побыть с этой женщиной.

Марк кивнул – хотя и без одобрения – и на несколько минут исчез с заведующей. Правда, вернулся, неся в руках поднос с кофе и печеньем. Они принялись за угощение, и все это время Сабина пыталась завести с Вандергаст разумный разговор. Но получала только путаные и несвязные ответы.

Затем они посмотрела «Погоню» в третий раз, и, когда снова прозвучал вопрос: «У мужчины было семь дочерей, а у каждой дочери по одному брату. Сколько детей было у мужчины?» – Вандергаст неожиданно повернулась в кресле и в замешательстве посмотрела на Сабину.

– Да? – спросила Сабина. – Ответ – восемь: семь дочерей и один сын.

– Ты не моя дочь! – ни с того ни с сего заявила Вандергаст.

Сабина пыталась сохранять спокойствие.

– Это правда, – ответила она и поставила все на карту. – Ваша дочь умерла. В младенчестве, и похоронена вместе со многими другими в розарии одного урсулинского монастыря.

Сабина зафиксировала реакцию на лице Вандергаст, но так же краем глаза заметила, что заведующая хотела вмешаться. Но Марк тут же встал у нее на пути.

– Речь идет о важном расследовании множества убийств, – прошептал он. – Нам необходима свобода действий.

Сабина услышала тяжелый вздох заведующей и тут же снова обратилась к Вандергаст:

– Вы ведь экспериментировали над младенцами в вашем исследовательском отделе, верно?

У Вандергаст округлились глаза, во взгляде появился страх, а затем всплыли воспоминания.

– Младенцы…

Лимузин доехал до яхтенного клуба Схевенинген. Машина с работающим мотором остановилась перед шлагбаумом, и шофер протянул охраннику в открытое окно удостоверение ван Нистельроя. Но это не помогло, так как у них не было ни лодки на причале, ни разрешения на вход на территорию. За шлагбаумом стояла патрульная машина с двумя полицейскими, которые контролировали доступ на причал – жалкая мера, чтобы найти Шэффера.

Тем временем Снейдер и ван Нистельрой бежали, пригнувшись, вдоль забора метрах в ста от автомобиля.

– Видишь! Что я тебе говорил, – прохрипел ван Нистельрой. – Их не пропустят.

– Да, отличный план, – буркнул Снейдер. – Тут в заборе дыра.

В этом месте не работал уличный фонарь и не было дорожных камер.

Совпадение?

Если Шэффер проник на территорию, то, возможно, здесь или в подобном месте. Порт был большим, возможностей достаточно. Во всяком случае, уже интенсивно пахло рыбой, водорослями и ракушками, а издалека доносился шум прибоя.

Снейдер и ван Нистельрой пролезли в дыру и, все так же пригнувшись, побежали по траве, пока не добрались до асфальтированной дорожки за кустами, которая вела к пирсам. Там в ряд расположились роскошные яхты, как жемчужины на нити. Сочная желтая луна отражалась в волнах, в некоторых лодках еще горел свет.

– Здесь сотни кораблей, – простонал ван Нистельрой. – Что мы ищем? Если он вообще здесь, а давно не сбежал в Бельгию, в то время как труп Лунгстрёма плавает где-то в воде.

– Сегодня последний день, – напомнил Снейдер. – Он не уйдет, пока не доведет дело до конца.

– И где нам искать? – повторил ван Нистельрой.