Потеряв вожака, стая окончательно разбежалась. Мы же пошли успокаивать лошадей. И как только не сорвались с привязи?
После того, как я утихомирил Звездочку, ход дошел до Билла. Мизинец висел у него на лоскуте кожи.
— Оторвать, — сказал Брайен хрипло. — Или сгниет.
Он достал нож, сунул клинок в тлеющие угли. Билл зажмурился.
Я отвел глаза. Где-то в прерии выла стая.
— Еще повоют, ублюдки, — пробормотал Брайен, отрезая палец и прижимая раскаленное лезвие к ране сына.
Крик боли Билла перекрыл волчий вой.
Но вот, наконец, показались знакомые предгорья, воздух стал свежее, потянуло запахом сосен. Долина Джексон Хоул встретила меня вечерней прохладой и… странной, гнетущей тишиной. Я сразу почувствовал — что-то не так. Городок, обычно оживленный по вечерам, когда охотники и ковбои выползали в салуны после трудового дня, выглядел вымершим. Окна домов темные, на улицах ни души. Только ветер гонял пыль да скрипела вывеска над лавкой старого Мак-Грегора.
И вдруг я увидел их. Солдаты. В синей форме армии США. Двое стояли у салуна, лениво переговариваясь. Еще один патруль из трех человек медленно шел по противоположной стороне улицы, их винтовки поблескивали в лучах заходящего солнца. Что, черт возьми, здесь делает армия? Когда я уезжал, никаких военных здесь и в помине не было. Все ловили банноков.
Предчувствие беды сдавило грудь. Я попрощался с кузнецом и его сыном, направил коня к офису шерифа — единственному оплоту закона и порядка, который я здесь пытался поддерживать. По дороге мне встретилась Марта, жена пекаря, спешившая домой с корзиной. Увидев меня, она испуганно шарахнулась в сторону, прижала корзину к груди и почти бегом скрылась за углом, даже не поздоровавшись. Это было уже совсем странно. Марта всегда была приветлива. Да что происходит то⁈
Мои худшие опасения подтвердились возле офиса. Солдаты! Двое часовых с винтовками наперевес преградили путь. Выглядели они нагловато и смотрели на меня свысока.
— Стоять! Куда? Да еще с негром!– рявкнул один, молодой, едва оперившийся юнец с редкими усиками
— Я шериф этого города. Что здесь происходит?
Солдаты переглянулись с ухмылкой. Второй, постарше, с обветренным лицом и пустыми глазами, сплюнул табачную жвачку прямо мне под ноги.
— Шериф? У нас тут главный капитан Роули
— Капитан? Какой еще, к дьяволу, капитан? Это мой офис! Где Росома… тьфу, помощник Томми? — Терпение мое лопнуло. Я шагнул вперед, намереваясь оттолкнуть наглеца.
— Капитан Роули, 6-й пехотный полк, — раздался из-за двери голос, сочившийся холодом и неприкрытым высокомерием.
На пороге возник офицер. Высокий, сухощавый, в идеально отутюженной синей форме, которая казалась неуместной в этой пыльной дыре. Чисто выбрит, волосы аккуратно зачесаны, тонкие губы поджаты в презрительной усмешке. Он окинул меня ледяным взглядом голубых глаз, задержавшись на моей дорожной пыли, потертой кожаной куртке и Кольте на бедре. Потом взгляд скользнул к Ле Ма и брови поднялись:
— Вы носите такое старье⁈
Не отвечая, я протиснулся между опешившими солдатами, пошел напролом мимо капитана. Тот был вынужден отступить. Прорвался!
И вот я в офисе. Увиденное заставило меня похолодеть. Тюремная камера, где еще неделю назад я держал Теннеров, была битком заполнена индейцами. Мужчины, женщины, подростки… Всех смели в одну кучу. Они стояли и сидели на грязном полу, прижавшись друг к другу, в тесноте и духоте. Лица у большинства были непроницаемы, как каменные маски, но в глазах сквозила смесь страха, ненависти и загнанного отчаяния. В толпе я сразу узнал Текумсеха. Кивнул ему. Вождь отвернулся.
— Что. Это. Значит? — произнес я медленно, разделяя слова, с трудом сдерживая клокочущую внутри ярость. — Капитан… как вас там… Роули? На каком основании вы запихнули этих людей в мою камеру⁈
— Уайт! Каких людей⁈ — Капитан изобразил на лице снисходительную улыбку — Это настоящие животные! Рождаются, живут и умирают в грязи. А еще портят почтенным гражданам Джексон Хуола жизнь своими набегами.
Внутри офиса было не продохнуть. Тяжелый запах немытых тел, страха, табачного дыма. За моим столом развалился усатый сержант и лениво чистил ногти ножом. Еще пара солдат подпирали стену у камеры, с любопытством разглядывая пленников. Капитан прошел к окну, скрестив руки на груди.
— Эти дикари, мистер Уайт, — начал он менторским тоном, словно объясняя прописные истины неразумному ребенку, — И они подозреваются в систематических кражах скота, браконьерстве на землях поселенцев и убийствах во время последнего налета на город.
— Что и женщины с детьми тоже⁈ — удивился я
— Это заложники. Дабы молодые индейцы из племени, что прячутся в горах — одумались и перестали играть с нами в прятки. Бегать по каньонам за ними я не собираюсь.
Мнда… Все в лучших традициях карательных отрядов. Взять заложников, ждать, пока придут сдаваться местные «партизаны».
